Мир Аматорио. Исчезнувшая

По позвоночнику пробегает холод от тех кровожадных мыслей, что я готов сделать с Льюисом. Это чертовски неправильно и неуместно в такой день, как сегодня.

– Кэш, – Ким хватает меня за руку, ее голос дрожит. – Где машина твоего отца? Где Десмонд? Я поеду с тобой.

Во мне вспыхивает ярость, но она слишком слаба из-за таблеток. Ким стала свидетельницей всего этого дерьма. Ее кожа болезненно бледная, из глаз текут свежие слезы, когда она пытается оттащить меня в сторону.

– Кимберли, сядь в машину! – рявкает позади Льюис, но Ким уверенно заявляет.

– Нет!

Я всегда хотел, чтобы она смогла дать отпор своему папаше.

В прошлом я бы воспрял духом от ее отказа отцу. Но сейчас я не ощущаю ничего, кроме горя и еще одного чувства. Я ненавижу, что Ким жалеет меня. Ненавижу, что она видит меня слабым и сломленным. Ненавижу, что она хочет спасти меня в то время, как ей нужно спасаться от своего ублюдочного папаши.

Но больше всего я ненавижу, что все окончательно полетело к чертям, и я впервые не знаю, как с этим справиться.

Ким прижимается ко мне и шепчет одно то же: «Пожалуйста, пойдем. Я с тобой». В моих руках покалывает от желания обнять ее, но я сдерживаюсь и увожу ее подальше от Льюиса.

Я быстро ухожу с ней к машине своего отца под томительные взгляды и море шепота своих родственников.

Кимбирли

Прошло три недели после похорон Алессии. Это время я провела в надежде, что Кэшу станет чуточку легче, и он сможет справиться с горем.

Однако я ошибалась.

Кэш отстранятся ото всех и от всего. Он не ходит в академию, пропускает тренировки, отдаляется от друзей. И от меня.

Я представить не могла, насколько болезненным может быть его игнорирование. И самое страшное не то, что он перестал мне звонить и писать.

Или то, что он больше не забирается ко мне в спальню. Самое страшное, что Кэш замыкается в себе.

Он отворачивается от меня. Он не позволяет мне вместе с ним пережить боль. В то время, когда я просто хочу сидеть с ним в тишине и терпеливо ожидать момента, когда его израненная душа перестанет кровоточить. Я не настолько глупа и наивна, чтобы верить, что это настанет в ближайшее время. Невозможно подготовиться и за одно мгновение принять, что твоего близкого больше нет.

Но я не могу смириться с тем, что с каждым днем Кэш уходит от меня все дальше и дальше.

Не только физически, но и эмоционально.

Когда я прихожу к нему домой – он апатично наблюдает, как я насыпаю корм в миску, играю с Голди или причесываю его. Но стóит мне оставить питомца и подойти к Кэшу, как он убегает. Будто моя близость наносит ему вред или оскорбляет его.

Его побеги больше не расстраивают меня. Скорее они выводят меня из себя. Разве Кэш не понимает, что своим игнорированием он роет между нами пропасть? И она становится все глубже и глубже.