Межсезонье

— Держи! — Антон сунул ему до блеска отполированную и покрытую лаком деревяшку. — Опять потеряешь — из зарплаты вычту.

— Да прям, — хмыкнул закинувший за спину рюкзак Шумов и опустил служебный оберег в карман фуфайки. — Какой интенсивности выброс-то?

— Неизвестно. — Василенко направился к двери.

— Блин! А измерить не судьба? — с досады выругался связист.

— Пробовали. Аппаратура на раз сгорела!

— Ну ни фига себе! — почесал затылок Шумов. — А где хоть? На северо-востоке?

— В «Кишке», Алекс, в «Кишке», — обернулся Василенко. — Чуешь, чем пахнет? То-то же! Семен, догоняй.

Заперев оружейный шкафчик, Лымарь сунул в петлю на поясе топор, с другой стороны приладил ножны с тесаком в локоть длиной и, подхватив патронташ, с ружьем в руках отправился вдогонку за коллегами.

В «Кишке» — тянувшейся вдоль Красного проспекта сети бывших бомбоубежищ и подвалов, соединенных темными переходами и превращенных в весьма популярный торгово-развлекательный комплекс, людно было всегда. Утром, вечером, глубокой ночью в подземных закусочных и магазинчиках постоянно толпился народ. Летом, конечно, многие перебирались на открытый воздух, но большинство завсегдатаев оставались верны своим предпочтениям.

Что привлекало в этих полутемных норах людей? Мнимое чувство безопасности? Неплохой выбор всего и всея? Уличные представления и бренчавшие на гитарах музыканты? Или просто в этом месте было немного теплее, чем на улице? И хоть на время забывались порядком опостылевшие снег и пронизывающий насквозь ветер?

Да кто его знает? Каждый сам для себя отвечал на этот вопрос. Многие и вовсе не могли понять, отчего их вновь и вновь тянет спуститься под землю.

Отдельные чудаки годами жили в подземелье, не видя солнечного света и не очень-то переживая по этому поводу. Впрочем, некоторые из тех, кто спускался в «Кишку», и вовсе никогда не поднимались обратно.

Вечный круговорот людей, огни рекламных надписей, аромат только-только приготовленной снеди, ни на минуту не смолкающие гомон, музыка и крики. Кому-то это место могло напомнить сумасшедший дом, и, возможно, этот «кто-то», сам того не ведая, был не так уж и далек от истины.

И что интересно — такое сравнение не столько отпугивало людей, сколько служило неплохой рекламой.

Каждому иной раз хочется позабыть беспросветную унылость бытия и хоть на время окунуться в непрекращающийся праздник жизни. Тем более раз в год, в черный полдень, для этого имелся весьма весомый повод: поддерживаемая колдунами Гимназии защита Форта начинала трещать по швам, а в подвалы не проникали даже отголоски магической бури.

— Слушай, я чего-то не понял, — придвинулся к Василенко, внимательно оглядывая столпившихся в тесном коридорчике людей, Алекс.