Межсезонье

Но вот к вам у меня есть один вопрос…

Парни просто растворились в темноте. Несколько мгновений я молча хлопал глазами, размышляя, не стоит ли попытаться их догнать, потом где-то неподалеку заржали кони, и стало ясно, что можно расслабиться. Не судьба.

— Выродки городские! — сплюнул на землю корчмарь и протянул мне перехваченный за горлышко глиняный кувшин. — Это вам, господин экзорцист. На дорожку.

— Весьма кстати, — прислушиваясь к мерному шороху капель, кивнул я. — Весьма…

3

Прошлое — палка о двух концах. Оно может сделать сильнее, а может и сломать своей тяжестью.

Некоторые воспоминания как запрятанные в глубине души жемчужины, другие тоже запрятаны, но за семью замками. И не всякий решится эти замки открыть. Да и надо ли?..

Уж не знаю, что было тому причиной — жуткая усталость, бутылка вина или нервное перенапряжение после ритуала, но всю ночь, пока трясся в фургоне по разбитой колесами дороге, меня беспрестанно донимали кошмары. Спал ли я? Должно быть. А может, все примерещилось наяву, пока в одиночку допивал кувшин этого клятого вина.

Выпрыгнув из фургона, я хлопнул по плечу возницу и поплелся к воротам Сарина, у которых уже выстроилась небольшая очередь.

Багряный шар солнца только вспух над горизонтом, и в его лучах ночные видения как-то незаметно поблекли и потеряли недавнюю остроту. Ну, привиделись мертвецы, что с того? Да — друзья. Да — много их было. Но ведь все ж свои. Вот если чужие мерещиться начнут…

Дежурившие в воротах стражники расступились без единого слова. Даже смотреть в мою сторону лишний раз побоялись. Что ни говори — наряд экзорциста идеальная маскировка. Вернее, почти идеальная: от случайностей, вроде вчерашней, никто не застрахован.

Потоптавшись неподалеку от городских ворот и не заметив, чтобы хоть кто-нибудь проявлял ко мне неуместное сейчас внимание, я нырнул на темную улочку и через пару минут вышел к широкому, мощенному брусчаткой бульвару.

Здесь было чисто, здесь было людно, здесь даже не сильно воняло помоями. Не то что в Роневе. А ведь это даже не коронный город. Не иначе местный барон — жуткий чистюля. Или у него умные люди из советников еще не все перевешаны. Есть у шибко умных людей такая манера — время от времени на виселице оказываться. Очень уж власть имущих угнетает, когда их кто-то учить жить пытается.

Остановившись у чистильщика обуви, заросшего бородой, что твой леший, я швырнул ему мелкую монету и подставил под щетки сапог.

— Вчера с вечера в город прибыл брат-экзекутор в сопровождении двоих слуг, — не глядя на чистильщика, негромко проговорил я. — Найдите его и не выпускайте из виду.

— Сюда больше не приходи. Найдем — сообщим. — Дед подслеповато моргнул, еще пару раз прошелся по моим остроносым сапогам щеткой и больше не произнес ни слова.