8
0И опыты мы никакие не ставили, мы пытались сделать турбодвигатель, чтобы не надо было таскать воду из колодца ведрами!
— Что же, в этом вы преуспели! — ядовито отозвалась Светлана Сергеевна.
И, повернувшись к Катеринам, пояснила:
— Рухнувший во время пожара дом полностью засыпал наш колодец. Так что воду из него и в самом деле доставать никому больше не доводилось. Можно сказать, результат был достигнут!
— Это она потому так говорит, что злится.
— А чего злится? — тоже шепотом спросила Кира. — Из-за Юсси?
— И из-за него тоже. Но главным образом потому, что я еще днем наотрез отказалась есть ее пироги, — шепнула на ухо подруге Леся.
— Может быть, позвонить Юсси? — предложила Кира. — Пусть приедет и слопает все пирожки?
— Нет, еще рано, — покачала головой Леся. — Насколько я знаю мою маму, Юсси еще не успел съесть всего, что наготовлено там у него дома в Турку моей мамой перед отъездом. И затосковать по ней, следовательно, он тоже еще не успел. Рано, придется ждать.
В конце концов оставив Катерин в обществе Светланы Сергеевны, девушки вернулись к Кире. И были встречены мурчащим Фантиком. Он еще из-за двери учуял аромат пакета с пирожками Светланы Сергеевны и теперь изо всех своих кошачьих сил изображал любовь и преданность к своей хозяйке, не сводя при этом горящих глаз с ароматного гостинца.
— Вот тебе, обалдуй, твоя доля, — сказала Кира, ласково погладив его по макушке и положив в кошачью мисочку, украшенную изображением веселой курочки, целый пирожок с мясной начинкой.
Фантик издал восторженное «мяу» и запустил в пирожок все свои зубы. Выпечка Светланы Сергеевны в буквальном смысле этого слова сводила бедного кота с ума. Ради ее пирогов с мясом, печенкой или курятиной он был готов продать душу дьяволу и проделывал всевозможные трюки, опускаясь иной раз даже до воровства, чего в обычном состоянии никогда себе не позволял.
После первого пирожка последовал второй. А за ним и третий. Кот вошел в раж и готов был лопать хоть до утра. Наблюдая за обжирающимся котом, Леся неожиданно ощутила внутри себя какую-то смутную тревогу. Она попыталась определить ее происхождение.
Нет, это была не зависть в отношении тех, кто мог позволить себе лопать вкуснятину, приготовленную Светланой Сергеевной. А она — ее родная дочь — не могла! И все из-за своей проклятой склонности к полноте. Это чувство присутствовало в Лесе постоянно, и она научилась его более или менее контролировать. Сейчас ее тревожило другое.
— Слушай, а я вот тут сейчас подумала, а что это был за яд и откуда он взялся у преступника, который и отправил на тот свет Ваго? — произнесла она, обращаясь к Кире.
У преступницы, — поправила ее Кира. — Не забывай, что Ваго шел в гости с цветами, тортом и шампанским. Это я сама лично видела.
