8
0
И когда она опомнилась, то обнаружила, что они все уже сидят на кухне. На столе стоит бутылка коньяка, шоколадный торт с пьяной вишней и тертым шоколадом сверху, блюдо с фруктами и еще какие-то восточные сладости в виде густых пластинок замазки трех цветов: розового, фисташкового и желто-шафранного с орешками фундука внутри. А в руках Сафаила находится бутылка шампанского.
— Я шампанское больше не буду! — поспешно отказалась Кира, заметив, что Сафаил уже нацелился налить ей в бокал этот шипучий, приятный, но такой холодный напиток.
А уж чего-чего, а холода Кире сегодня хватило предостаточно.
— Мне коньяк! — решительно сказала она. — Никак не могу согреться.
— Может быть, отвезти тебя в сауну? — заботливо предложил ей Сафаил. — Там ты точно согреешься.
Но Кире не давала покоя мысль о том, как же ей начать разговор про его бывшую жену. Поэтому сауну она отвергла категорически.
— Скажи, Сафаил, — обратилась она к мужчине, хватив для храбрости грамм сто пятьдесят коньяка. — А ты был женат?
Сафаил, который только что поднес к губам бокал, закашлялся от неожиданности.
— С чего вдруг такой вопрос? — спросил он затем, удивленно глядя на девушку.
— Так был? — настаивала Кира.
— Был, — кивнул Сафаил. — Но я предпочитаю не вспоминать об этом. Моя жена сделала мне очень больно. Я до сих пор не могу понять, как она могла!
— И ты ее не простил?
— Почему не простил? — пожал плечами Сафаил. — Она ведь женщина! Женщине можно простить, что угодно.
— И ты не собираешься ей мстить?
— В нашем роду не принято воевать с женщинами, — ответил Сафаил. — Она ушла от меня, я погоревал, но потом смирился и сделал для себя выводы. Если она от меня ушла, значит, я чем-то ее не устраивал. Скажу по секрету, я даже ей благодарен.
— Почему? — изумились подруги.
— Потому что она помогла мне стать лучше, — ответил Сафаил. — После того как она ушла, я взглянул на себя как бы со стороны. И понял, что мне самому надо было измениться еще раньше. Тогда, глядишь, и жену бы сохранил.
— И ты изменился? — спросила у него Леся.
Но вместо Сафаил а ей ответил Артур.
— Еще как изменился! — неожиданно расхохотался он. — Видите, какая шевелюра у богатыря? А раньше была лысина!
— Да что ты? — делано изумилась Кира.
— Все так, — весело отозвался Сафаил, явно не обидевшийся на Артура за то, что тот выболтал такие сокровенные вещи. — Была лысина. Жена вечно мне говорила, что это ужасно. И когда она ушла, только тогда я и понял, что действительно ужасно.
— И что?"
"— Пошел в клинику и пересадил себе волосы с затылка. Как видите, живут и выпадать не собираются. Так что уход жены пошел мне на пользу.
— Верно! — обрадовалась Кира. — Так мстить ты ей точно не собираешься?
— Чего? — изумился Сафаил.
