70
0Главное, чтобы твои не подвели, — с улыбкой ответил один из магов.
Командир сверкнул на него глазами и, включив рацию, отдал приказ:
— Тощий, вырубай свет.
Ничего не произошло.
— Тощий, как слышишь? Прием! — Командир повысил голос.
Ответа не было.
Один из магов, тот который был главным, усмехнулся и презрительно процедил сквозь зубы:
— Вот ослы! Ничего ответственного поручить нельзя! Отойди. Мы сами все сделаем.
Командир послушно передислоцировался на несколько шагов, продолжая вызывать Тощего.
Тем временем маги взялись за руки и образовали замкнутый круг. На их шеях яркими оранжевыми огоньками засветились амулеты. Чувствовалось, как эфир вокруг этой троицы напряженно задрожал, концентрируя посреди них аспект огня. Еще секунда и огромный, сметающий все на своем пути, огненный смерч полетит в сторону поместья.
В следующий миг магов неожиданно окутало синее сияние. И они внезапно почувствовали, как обнулились все их запасы маны. Эфир вокруг успокоился, а аспект огня моментально сошел на нет.
Еще через секунду вся троица поочередно осела на землю. Содержимое их черепных коробок выплеснулось кровавыми ошметками на опешившего командира взвода. Впрочем, он ненадолго их пережил. Сраженный следующей пулей снайпера, он мешком грохнулся на траву.
А потом началась настоящая мясорубка. У боевиков Волкова сложилось впечатление, что стрельба ведется со всех сторон. С вышек усадьбы начали работать из АГС и пулеметов. С флангов велся шквальный огонь из стрелкового оружия. Любой, кто отрывал голову от земли, сокращал свою жизнь до времени полета пули.
Всего через минуту от взвода осталось меньше половины личного состава. Боевики Волкова в панике бросились обратно к транспорту. Но тех немногих, что успели добежать, у машин уже ждали.
Через десять минут все было кончено. И только легкие шаги бойцов Горина, да пронзительные вороньи крики все еще нарушали ночную тишину.
* * *Шестью часами ранее.
Я сидел в кабинете и внимательно пробегал глазами страницы отцовской тетради, которая была в кейсе. То, что я видел, пока не укладывалось полностью в моей голове.
Львиную долю ее содержимого составляли описания, формулы и чертежи неких секретных изобретений, относящихся к военной сфере. Однако, больше всего меня заинтересовало послание отца, вложенное в тетрадь.
'Александр, — писал он, — если ты читаешь эти строки, то меня уже нет в живых. Прими это стойко, как мужчина. Не предавайся излишней скорби, как я в свое время по твоей маме. Это затуманивает разум и лишает сил. А у тебя сейчас совсем нет времени, чтобы быть слабым.
Твой дядя, мой коварный брат, будет делать все, чтобы ты не представлял для него никакой угрозы. Вероятно, он даже попытается тебя убить.
