3
0
— Ну, а я-то тут причем?
— Ты охренел? — форменно выпадаю я в осадок.
— Ладно, через час буду.
— Полчаса.
— Ларину позвони, он вчера хотя бы на стакан не присаживался. А я куролесил до утра. И сейчас у меня тут...м-м, шикарный вид!
— Ладно, жду, — но Макс меня уже не слышит, бросил трубку и вперед на «Эверест».
— О-о, давай, Акси, детка! Двигайся быстрее, — слышу хриплое рычание от Макса.
— Я не Акси! Я Ксюша!
— Ну, а я как сказал?
Ржу и отключаюсь. Ага, не только меня штырит по полной программе.
Беру ключи от тачки и спускаюсь на подземную парковку. Пора выбить дурь из моей больной головы. Слишком много акцентов расставил. Дебил! А она того вообще не стоила, от слова «совсем».
Подумаешь, красивая. П-ф-ф, у меня других и не бывало никогда. Просто зациклился, придумал проблему там, где ее и не существовало, даже в перспективе. Ну да, а что я хотел – когда дева красная бортует — это всегда неприятно, а уж первый раз в жизни, так вообще за гранью добра и зла. Но все когда-то случается, да?
Спустя полтора часа костяшки в хлам, но я улыбаюсь как полоумный обдолбыш. Сначала я воевал с боксерской грушей. М-м, отмудохал ее как следует. Потом Ларин соизволил подвалить, и я ему прописал настолько зачетно, что он обиделся и свалил в закат. А уж когда Баринов приехал, так меня вообще было не остановить.
Зато попустило.
Ну и из-за кого я, дурак махровый парился? Из-за бабы? П-ф-ф, идиота кусок. Нашел из-за чего!
— Ладно, рассказывай из-за чего ты сегодня такой смурной, Сечин.
Я в подробные объяснения вдаваться не стал, только кинул в руки друга свою трубу, где была открыта страница моей временной белокурой паранойи.
— У-у, ничего такой кентик. Этого так просто не отодвинешь в сторонку, как того лошка из клуба.
— Да и плевать. Все, отпустило меня. Пусть хоть всех рыжих тараканов в этой вселенной перепробует. Пофиг вообще, Макс.
— М-м… ну допустим, — и углубился в свой телефон, пока я потопал в бассейн, чтобы окончательно убить свою нервную систему и вогнать ее в блаженное отупение.
Вот только кто же знал, что стоит чиркнуть спичкой и я вновь вспыхну, словно гребаный факел.
— Я знаю, где они, — коротко и по делу залепил мне в лоб Макс, стоило мне только сожрать сотню бассейнов и вылезти из воды.
И я конечно же понимал, о ком он говорит, но предпочёл включить дурака. Почему? Да потому что в задницу эту стерву! Засунуть и утрамбовать. У меня всё.
— Рад за тебя, но мне уже фиолетово.
Вот только уже через секунду до меня в полной мере доходит вся прелесть ситуации.
— Так, погоди. В смысле «они»?
— В коромысле, Сечин. Они обе в деревне в двухстах километрах от Москвы. Твоя Лялька и моя Бронштейн.
— Как узнал?
— Пробил по друзьям.
И снова в голове словно по мановению волшебной палочки запульсировала идея фикс – хочу ее, блин. И хоть тресни.
