6
0
— А могу ли я сраз…
— Серёжа сильный человек, хоть и не признаёт это, — усмехается по-доброму мужчина. — Я Пётр.
— Демьян, — говорю я и пожимаю протянутую руку. — Так где это прогулка? — нетерпеливо ёрзаю на диване.
— Выпьем кофе, и они как раз вернутся.
Скриплю зубами и опускаю голову.
— Спасибо, но я, пожалуй, откажусь, — встаю на ноги.
— Как пожелаете, — пожимает он плечами. — Марта проводит вас на задний двор.
Женщина, только появившись в дверях, ставит поднос на стол и направляется на выход из кабинета.
Мы спускаемся на первый этаж, проходим по коридору и выходим на террасу.
46
Демьян
Встречаемся взглядами, и эти двое, что так смачно смеялись, застывают на месте. Смотрю на Серёжу и не могу поверить глазам. Вот он, в пару метрах от меня, осталась только подойти и коснуться его. Убедиться, что он жив, дышит и его сердце всё ещё бьётся. Но я стою истуканом и жду пинка. Не могу оторваться от его удивлённых глаз, от его лица со шрамом на правой щеке. Смотрю ниже и вижу, как он сжимает руки до побеления костяшек.
Мужчина за его спиной отходит и направляется в мою сторону, легко кивает в знак приветствия и скрывается за стеклянными дверями дома.
Спускаюсь по ступенькам, ничего не говоря, хватаюсь за ручки кресла, разворачиваю её и иду вглубь сада в полной тишине. Останавливаюсь на последней скамейке, дальше лестница, ведущая вниз, к реке. Вздыхаю и протираю глаза, не зная с чего начать.
— Зачем приехал? — разрывает тишину Серёжа.
От его голоса, такого родного, любимого, и так близко… Меня ноги не держат, и я сажусь на скамейке напротив него.
— Почему ты не звонил? — задаю вопрос, что мучал меня всю дорогу.
— Не важно, — хрипло отвечает.
Не выдержав мой взгляд, отворачивается.
— Мне важно! — настаиваю я.
— Не надо было приезжать, — продолжает он нести хуйню.
— Я тебе не нужен? — голос дрогнул, и ком в горле растёт.
— Тебе я не нужен, — опускает голову. — Тебе лучше уйти, — бьёт словами больнее, чем хлыстом.
— Что ты несёшь?! — срываюсь. — Что это ещё за бред?! — ору так, что птицы с деревьев улетают.
— Я калека, — поднимает голову.
— Ты идиот? — горько усмехаюсь. — Я тебя полгода ищу, твоё тело, чтобы похоронить по-человечески. Я спать нормально не могу, есть, пить, дышать. У меня душа выжжена, сердце в клочья. Я каждый, блять, месяц еду к долбаному обрыву с одной мыслью: срываться вниз, к тебе. А ты, сука, сидишь и паришься, что ходить не можешь…
Зарываюсь пальцами в волосы и глотаю жадно воздух.
— Да ты идиот! — поднимаю взгляд на него, сидит с виноватым лицом.
— Мне было страшно, — тихо говорит он.
