4
0
Изабелла обхватила пальцами немилосердно гудевшую голову и внезапно поняла, что была почти раздета. Вернее, она была облачена в черный полупрозрачный наряд, состоявший из легких штанов и кофточки, заканчивающейся высоко на животе – это было все, что она смогла надеть на себя после того, как вернулась в крепость. Мода начала 19 века вообще была ознаменована довольно откровенными нарядами – глубокими вырезами, прозрачными тканями и неоднозначными покроями. И хотя Франция уже отошла от столь вызывающего стиля и вернулась к привычным креналинам и парикам, пример Терезии Тальен все еще находил отклики в душах многих столичных модниц.
Рука принцессы потянулась за одеялом, однако девушка не рассчитала, что сама все еще находилась на нем, поэтому, так и осталась сидеть, полуоткинувшись назад и неотрывно глядя на невозмутимое лицо оппонента.
- Если Вы не против, я хочу спать.
- Сегодня ты здесь спать не будешь, – напомнил ее наблюдатель.
- Простите мне мое любопытство, но где планируется мой ночлег?
- Со мной, – невозмутимо ответил Зорро.
Покрывало, которое, наконец, нащупала принцесса, вывалилось из ее рук.
- А Вы не слишком много себе позволяете?
- Нет. – Простой и краткий ответ поставил девушку в тупик. – Послушай, детка, я ведь сказал, что нам надо кое-что обсудить.
- Я Вам не детка, – процедила Изабелла, делая третью попытку прикрыться.
- Не утруждайся, – произнес Зорро, заметив, наконец, бесплодные попытки принцессы, и тут же поймал белую атласную подушечку, довольно сильно брошенную разъяренной собеседницей.
- Знаете, кто Вы?!
- Могу представить, – усмехнулся молодой человек."
"Встав с кровати, девушка во второй раз за ночь подошла к окну. Остановившись на том же месте, где она недавно потеряла сознание, Изабелла судорожно прокрутила в голове все свои догадки относительно присутствия Зорро в ее комнате.
Он собирался забрать ее – это она ясно понимала, равно как и то, что ее сопротивление было бесполезным. Им предстоял разговор относительно сегодняшнего происшествия – это тоже было закономерно. Но почему он хотел увести ее отсюда для того, чтобы поговорить – этого она понять не могла. Единственным логичным объяснением было то, что он не хотел, чтобы его здесь видели. Но ведь, если она уйдет с ним сегодня, его присутствие здесь в любом случае будет неоспоримо...
Стоя к нему вполоборота, она не могла не видеть его взгляд. Пронизывающий до глубины души. От которого, казалось, ничего невозможно было утаить…
Обхватив себя одной рукой и небрежно приложив пальцы другой руки к груди, Изабелла задумчиво смотрела на ночное небо.
Его успокаивающий голос, его объятия – все, что произошло совсем недавно, сейчас было отодвинуто в сторону, и Изабелла понимала почему.
