3
0
Предводитель, проследив за ее столь хладнокровным со стороны движением, задрожал от негодования, но стиснул кулаки и сквозь зубы процедил:
- Пусть остается в своем."
"Стражник с поклоном указал принцессе на кресло, располагавшееся на противоположной стороне от страшного знамения, и молчаливой тенью проследовал за ней.
Изабелла сквозь вязкий туман поняла, что в ближайшее время с ней ничего не сделают. Она не спеша шла к своему месту, смутно осознавая действительность, и несколько раз ловила себя на мысли о том, что ей снится какой-то несуразный кошмар.
Прошло около пяти минут, но для принцессы они показались целой вечностью. Она десятки раз открывала и закрывала глаза, до крови прижимала ногти к ладоням, пытаясь проснуться, но вокруг все так же возвышались мрачные серые своды, а внизу раздавались песнопения и звон бокалов. Ее жуткий сон никак не заканчивался.
Она снова встала и подошла к месту, на котором недавно стояла. Ей никто этого не говорил и не указывал. Просто она чувствовала, что если немедленно не начнет двигаться, то превратится в камень, как ее будущее ложе. Предводитель общества выходил из себя от своеволия своей жертвы, но ничего не мог сделать.
Сейчас, возвышаясь над всем залом и из последний сил бросая презрительные взгляды в толпу, она смотрелась не просто восхитительно. Это была какая-то темная красота, которая была бы недоступна простой Венере, облаченной в белую одежду. Совершенная фигурка смотрелась крохотной на фоне огромного зала, но отнюдь не создавала ощущение безысходности и незащищенности. Напротив, она вся выражала решимость, гордость и неповиновение. Смотря сверху вниз ледяными синими глазами, жертва бросала вызов всему происходящему… И никто в тот момент не смог бы догадаться, что в этой груди, слегка прикрытой длинными волнистыми волосами, сейчас бешено бьется нежное женское сердце...
Изабелла понимала, что все это место должно было быть пронизано обрядами и мистическими действиями. В том, что участники общества вполне реально могли увидеть потусторонние силы, которые, по всей видимости, они собирались призвать, она не сомневалась – десятки опустошенный бутылок и дымная завеса жженых трав были лучшим доказательством.
Однако оставались шестеро совершенно трезвых и вменяемых фигур – лидер этого безумного действа, два стража, стоявших по обе стороны от кресла и трое похитителей принцессы. Хоть они и одели на себя черные одеяния, Изабелла все равно понимала, что это они. С самого начала церемонии их группа держалась изолированно от остального собрания, и ей было совершенно ясно, что эти люди использовали представший перед ней маскарад вместе с его одурманенными участниками только в качестве прикрытия.
