5
0
Изабелла попыталась встать, но колени противно подгибались и вынуждали ее продолжать висеть на двери в полусогнутом состоянии. Она уже вполне отчетливо видела саму себя, прикованную к одному из этих чудовищных предметов, и Зорро, стоящего над ней и готовящего ей страшную расплату за ее самоволие…
Встряхнув головой в попытке отогнать от себя картину собственной кончины, девушка открыла глаза и относительно свежим взглядом повторно оценила обстановку. Ничего не изменилось. За исключением внезапно восставшей в ее памяти статуи древне-греческого атлета, одной рукой державшего диск, а другой – совершавшего замах для олимпийского броска.
Это были спортивные инструменты...
Изабелла много слышала, но никогда не видела, как готовят спортсменов, борцов и, в том числе, цирковых силачей, которые обладали уникальными фигурами и могли поднимать невероятные тяжести. Конечно, вряд ли Зорро был каким-либо образом связан с последними, однако в происхождении его силы и великолепного атлетического тела, словно изваянного из камня, несомненно, был задействован весь разнообразный ряд этих предметов."
"Под ногами постепенно стал нащупываться до этого совершенно вязкий пол, и девушка, наконец, отпустила дверную ручку. Колени все еще дрожали и грозились подломиться, но сейчас, по крайней мере, Изабелла понимала, что расправа на железном распятии обошла ее стороной. Она переместила себя на несколько шагов вперед и осторожно дотронулась до какого-то шара с ручкой.
Господи, неужели, это можно было поднять?.. Потребовалось бы пол гарнизона, чтобы сдвинуть с места этот литой кусок свинца. А он мог…
Изабелла, часто дыша, выскочила из комнаты. Мысли о физических возможностях ее покровителя всегда доводили ее до состояния паники. А, учитывая все, что она натворила…
Последняя комната. Здесь горела одна свечная арка из трех, расположенных на каждой стене, кроме входной. Это его спальня
Изабелла могла безошибочно угадать все места, которые принадлежали ему. То же ощущение подтвердил и висящий на спинке кресла угольно-черный халат, который она видела здесь в первый вечер.
Кровать, шкаф, стол, неизменная пальма в углу. Эта комната была отделана красным деревом и больше всех остальных походила на те, что располагались на пресловутом втором этаже.
Начинало складываться впечатление, что нижние комнаты были проверкой возможностей их хозяина, потому что с каждым следующим помещением Изабелла все яснее видела приближение дома к той форме, которую он имел наверху.
Проба нового вида освещения, несомненно, была произведена на спальне Зорро и оказалась настолько удачной, что на втором этаже его использовали повсеместно.
