5
0
Она, наконец, в полной мере поняла, чем был вызван столь неожиданный приступ безумия Георга III во время его поздравительной речи. Несчастный и больной монарх столько вынес за последний год, что у него совершенно не оставалось сил на самоконтроль. Ведь он держался до последнего. Он устроил такой незабываемый праздник, подарил ей прекрасный корабль..."
"Только это был не праздник, а прощание, а корабль был не подарком, а инструментом их разлуки... Конечно, он не совладал со своей болезнью и в горячечном порыве объявил Изабеллу первым претендентом на трон, а Кери – первой фрейлиной. Ведь для него это был последний шанс ухватиться за соломинку. Попытаться создать хоть какую-то, пусть безумную, но причину, чтобы его дочь вернулась в Англию...
А еще оказалось, что ее мать плыла на соседнем корабле. А она ничего не знала...
Изабелла вспомнила тот странный женский голос, который слышала в первую ночь в доме Зорро. Молодой человек позволил исстрадавшемуся материнскому сердцу хоть на миг приблизиться к своему ребенку. Могла ли она предположить в тот момент...?
И этот человек... товарищ Зорро. Предприниматель... Никто не знал его имени. Никто не знал его происхождения. Никто не видел его лица, всегда скрытого темным капюшоном. Он даже сделал так, что Георг III ничего не написал ей о матери. Воистину, они с Зорро стоили друг друга.
Изабелла встала с кровати и, сжав тонкими пальцами виски, подошла к зеркалу. Об этом нельзя было больше думать.
Более того, сейчас в первую очередь нужно собраться с силами, чтобы пережить остаток дня, а он вырисовывался весьма многообещающим...
Кроме того, что она, в свете недавних событий, совершенно потеряла ориентацию во времени и пространстве, впереди ее ждал теплый разговор с Керолайн на предмет ее костюма и заверений в неправдоподобности существования Дымки. Так же, не позднее, чем сегодня вечером, у нее должно было состояться состязание с хозяином дома со всеми вытекающими обязательствами в случае проигрыша. А еще все оставшееся время ее ждало бесконечное подмигивание и многозначительное покашливание со стороны любимого брата и чуткой подруги на предмет ее жаркой фразы об отношении к Зорро. И в довершении ей необходимо было ежесекундно помнить о том, что для всех, кроме Зорро, ее встречи с матерью не было... и не могло быть...
Девушка встряхнула головой и, проигнорировав боль и мгновенно расплывшиеся очертания окружавших ее предметов, подошла к шкафу. В стороне мелькнула черная ткань ее костюма, исправно висевшего на ручке кресла.
Очень хотелось принять теплую ванну.
Но для этого нужно было увидеться с Зорро...
Изабелла механически одела очередную амазонку, на этот раз зеленую и, сделав неуверенный шаг в сторону двери, остановилась.
