Мамочки, я влюбилась в дракона!

А дальше произошло невероятное: ее просто закинули на плечо! Вот так раз – и ты уже вниз головой!

– Эй! – Машка попыталась его пнуть куда получится, но ноги были после этого крепко зафиксированы. – Ящерица! – она шлепнула колдуна по такой симпатичной заднице. – Куда ты меня тащишь?

– Сюда! – ответил колдун после того, как пронес ее по коридору. – Вот! – распахнув дверь, внес Машу в комнату задом наперед. – Можешь жить здесь, – и скинул ее на пол.

– Оу, а здесь гораздо лучше, – поднявшись с пола, она оглядела уютную светлую комнату размером раза в два больше той, куда ее поселили.

– Это комнату я готовил для истинной искры, поэтому тут есть обогревающие камни, – он с самодовольным видом подошел к столику и дотронулся до желтого кристалла. – Теперь не замерзнешь, – он обернулся к Маше. – Что опять тебя не так? – спросил, нервно разводя руками.

– Для кого, говоришь, комнату готовил? – девушка, прищурившись, прожигала его взглядом. Руки сложила на груди, ногой, обутой в отвратительную тапку, притопывает.

– Для той, кого в самом деле хотел перенести, – Асвёр тоже сложил руки на груди.

– Клетку, значит, золоту готовил. Поняяятно, – протянула Машка. Взгляд уже уцепился за первый предмет, который можно кинуть в этого гада. Похититель девиц, ептить!

Рука как-то сама потянулась к тяжелой на вид статуэтке.

– Н-на, – фигурка дракона оказалась тяжелой. – Каменная, что ли? – прошипела она, потирая запястье.

– Зарррза! – рыкнул Асвёр. Скорость броска у нее маловата, чтобы попасть в дракона. Но стену было жаль. – В подвал запррру!

– Фигушки, – Машуня показала ему фигуру из трех пальцев.

– Дотронься раз – включится, второй – выключится. Сам главный камень тоже станет теплым. Завтрак через час, потому прибудет портниха, – колдун направился к двери. – Очень прошу, веди себя прилично! – напоследок рявкнул он, и вышел, хлопнув дверью.

– Да ради нового гардеробчика я буду вести себя так прилично, что ты окосеешь, – Маша довольно прищурилась. Неизвестно, что у них сейчас с женской модой, мужская ее очень даже устраивала.

За час она перетащила свои немногочисленные пожитки, сковороду присторила под соседнюю подушку, чтобы если что – орудие готовки было всегда под рукой. Умылась, привела себя в порядок и нарядилась в одежду Асвёра. Кигуруми развесила тут же, оно ей казалось еще каким-то влажным."

"– А я маленькая гадость, а я маленькая гнусь, – весело напевала Машуня, спускаясь по лестнице в столовую. Предстоящий завтрак очень поднимал настроение.