Малыш от мажора

И умная тетя считывает это по моему лицу.

— Тетя Лен, а Машенька то у нас теперь сидит, — выдаю ей самую главную новость дня, едва невысказанный вслух вопрос с присутствием здесь Никиты решается.

— Как? Не может быть! — всплескивает руками тетя.

— А вот и может. Сейчас мы вам покажем. Продемонстрируем. Да, Машунь?

Мы проходим в кухню, где уже накрыт стол, Никита явно не сидел без дела, и я кладу Машу в манеж. Дочка тут же садиться. Ровно, как настоящий полугодовалый малыш.

— О боже мой, вот это случилось! — снова восклицает тетя Лена и я победно улыбаюсь, как будто в том, что дочка села, есть и моя заслуга.

А ведь тетя еще не видела главного.

— Внимание, теть Лен, это еще не все, — говорю я с гордостью.

Машуня проделывает тот же трюк, что и при нас с Никитой, свое коронное — раз, и встает на ножки.

— Боже, — снова хватается за сердце тетя Лена.

— Да, вот так мы теперь умеем, — хвастаюсь я, — здорово?

— Сонечка, это же так чудесно. У меня просто нет слов.

А потом мы вчетвером садимся за стол. Маша, на свой детский стульчик, остальные вокруг нее.

Тетя Лена слишком доброжелательная, чтобы чувствовать себя неуютно в чужой компании, а про Никиту ничего не могу сказать. Держится он хорошо, а что внутри…. Со стороны кажется, что кроме дочки, его ничего не смущает.

Ведет с тетей Леной диалог о погоде, отвешивает комплименты ее стряпне.

Тетя Лена, со свойственным ей тактом, не спрашивает, останется ли Никита у нас, и мы, конечно, тоже не заводим разговор на эту тему.

Я сама не знаю.

Но хочу, чтобы он остался. По крайней мере сегодня.

После ужина тетя Лена твердо заявляет, что сама уберет со стола.

— Идите, идите, все, это не обсуждается, — говорит она и чуть ли не силком выгоняет нас с кухни.

— Никита, ты останешься на ночь? — спрашиваю я, как только представляется возможность.

— У нас есть целых три гостевые спальни, так что ты никого не стеснишь, — тут же добавляю.

— Тогда останусь, раз есть гостевые спальни, — говорит он.

— Хорошо.

Вечер проходит тихо и уютно.

Мы втроем располагаемся в гостиной, я включаю мультик, а сама слежу за Машуней. Когда надо страхую ее. Параллельно мы болтаем с Никитой обо всем подряд.

— Значит, так ты проводишь свои вечера? — спрашивает меня Никита.

— Да, практически всегда.

— Когда не бегаешь на свидания.

Мои щеки против воли покрываются румянцем.

— Это было всего пару раз.

— Я насчитал три, не считая нашего ужина в ресторане. С ним будет четыре.

— Ладно, четыре. Но до этого я ни с кем из мужчин не встречалась.

Это звучит как оправдание, а я не обязана оправдываться перед ним. Поэтому я решаю перевести тему.

— А у тебя?

Но тут же прикусываю губу. Я не уверена, что хочу услышать ответ.

— Что у меня? — спрашивает Никита и мне приходится завершить фразу.