1
0Жгучее дикое желание, от которого темнеет в глазах, улетучиваются все мысли, а мое тело подается к нему.
— Сонь.
Чувствует. Он чувствует это, быстро переносит меня от окна к стене и вжимает в нее так, что я ощущаю каждый миллиметр его тела, его дрожь и его желание.
— Соня, — шепчет прерывисто.
— Никита, нет.
Его губы скользят по моему лицу.
Лоб, скулы, подбородок, шея. Легкие и невесомые прикосновения к уголкам моих губ.
Мой рот непроизвольно приоткрывается, и из груди вырывается стон.
Он смотрит и мне кажется, только и ждет этого. Он ближе, еще ближе. Его дыхание уже на моих губах, и он готов углубить поцелуй, как где-то внутри словно щелкает некий тумблер.
Стоп. Соня! Ты в своем же уме! Ведь дверь кабинета даже не закрыта, любой может войти!
Мысль, что меня волнует лишь дверь, а не то, что Никита вытворяет сейчас, отрезвляет и я пытаюсь его оттолкнуть.
Хорошо понимая, что не получится, разве он сам позволит.
Он позволяет.
Ослабляет хватку и отходит на шаг. Дышит тяжело, но, кажется, все же пытается взять себя в руки.
Я начинаю поправлять волосы. Зачем-то проверяю, все ли в порядке с наглухо застегнутой блузкой, хоть это и ни к чему.
Пока я делаю это, Никита приходит в себя и теперь выглядит точно так, как до моего прихода. Прохладно и почти отстранённо.
— Извини, не удержался. И не стану врать, что этого больше не повторится. Особенно когда вижу, как ты реагируешь на меня.
— Я не…
— Что ты там говорила по поводу этой своей бумажки? Увольняешься? — перебивает Никита, а я вспоминаю, что он тяжело переносит вранье. Несмотря на то, что сам…
А я сейчас собиралась нагло соврать ему прямо в лицо.
Он присаживается на край стола и вновь берет в руки заявление.
— Хорошо подумала?
Я киваю.
— Ладно, нет проблем.
В его руках блестит ручка и Никита ставит на заявлении свою подпись.
— Отдашь Игнату, он позаботится об оформлении.
— Хорошо, спасибо.
Подхожу, тянусь к бумаге, но в последний момент Никита отстраняет лист и мои пальцы ухватывают воздух.
— Имей в виду, Соня, две недели никто не отменял. В течение этого времени ты будешь обязана появляться на работе, хочешь ты того или нет. Точнее, если тебе нужна нормальная запись в трудовой и приличная характеристика для последующих мест работы в этой области. А дальше…как знаешь.
— Это шантаж!
— Извини, но у меня нет выхода. Я хочу видеть тебя каждый день. Если не на работе, значит дома. Поскольку по своей воле ты навряд ли пригласишь меня к себе, значит мне придется прорываться силой…Работа, если рассматривать в этом ракурсе, предпочтительней. Мы с тобой сможем общаться, заново привыкать друг к другу, сможем…
— Достаточно — прерываю резко.
Хмурюсь и буквально вырываю заявление из его пальцев.
