Маленькая хозяйка большой кухни-3

Он согласен, что я буду жить в той крохотной комнате?.. И вот так просто промолчит?

Зато не стал молчать Эбенезер.

- Почему это – в гостиную? – сказал он так резко, что я перевела удивлённый взгляд на него. – Прошу прощения, - продолжал наш старый слуга с необыкновенно высокомерным видом, - но милорду де Морвилю нужна моя помощь. А так как я нанят камердинером, то настаиваю на надлежащем исполнении обязанностей. Я должен находиться с милордом в любое время дня и ночи.

- Какое замечательное рвение, – заметила леди д`Абето с каменным лицом глядя на Эбенезера.

Только тут я поняла, что в эту ночь Ричард будет в комнате один. И я буду в комнате одна. И… он может прийти ко мне. Или я к нему. Пока все будут крепко спать. Ах, как некстати Эбенезер вспомнил о своих рабочих обязанностях… А леди д`Абето? Было ли капризом, что она пожелала отправить меня в самую дальнюю комнату? Или тётушка до сих пор мечтает поработать сводней для единственного племянника?

Но тут, пожалуй, я на неё даже не обиделась. Главное, чтобы Эбенезер не вздумал настаивать. Поэтому когда заговорила леди д`Абето, я скромно потупилась и не стала вступать в разговор.

- Сейчас моему племяннику нужны сон и покой, - продолжала тётушка герцога. – Так, господин доктор? – обратилась она к моему дяде.

- Совершенно верно, - подтвердил дядя рассеянно, занятый тем, что выбирал с общего блюда кусочек рыбы побольше.

- Вот именно, - леди величественно кивнула. - А вы, уважаемый Эберхарт, - это она произнесла таким тоном, что любой уполз бы рыдать над своей ничтожной судьбой, - будете ему мешать. Сомневаюсь, что ночью вы понадобитесь. Толку от вас ночью… - добавила она тише и кивнула экономке, чтобы поднесла блюдо с тонкими пресными лепёшками, которые я испекла из смеси пшеничной и ржаной муки.

- Моё имя – Эбенезер, - отрезал наш слуга, явно не собираясь уползать и плакать. – И позвольте не вмешиваться в трудовые отношения между мною и милордом герцогом!

- Да хоть Эфраим, - ответила тётушка герцога ледяным тоном. – Вы будете спать в гостиной. Со своими синяками.

- Послушайте… - начал дядя примирительно, одновременно вонзая вилку в рыбу – настолько нежную, что она распадалась лепестками.

- Пусть мои синяки вас не тревожат, - точно таким же тоном заявил Эбенезер. – Лучше тревожьтесь о здоровье вашего племянника.

- Томас! – рявкнула леди д`Абето, теряя самообладание. – Уймите вашего наглого слугу!

- Вообще-то, я слуга его светлости, а не его сиятельства, - огрызнулся Эбенезер и мстительно добавил: - По-моему, память вас подводит, леди. Впрочем, в вашем возрасте это не удивительно.

Леди д`Абето задохнулась от возмущения, а госпожа Пай-Эстен пронзительно воскликнула:

- Вы что себе позволяете?! Немедленно извинитесь!

- Прошу прощения, - сказал Эбенезер без малейшего раскаяния.