2
0
- Надеюсь, вы будете заботиться о себе, милорд, - заявил Эбенезер со значением. – Я вернусь быстро.
- Да, благодарю, - пробормотал герцог, несколько смущённый.
Перемыв посуду после обеда, я замочила миндальные, греческие, сосновые орехи и семена кунжута, замочила овёс и поставила всё возле окна, где было прохладнее. Ореховую кашу по рецепту мастера Стефана я планировала подать к ужину, а потом… потом… Меня бросало в жар при одной мысли, что потом мы с герцогом останемся в доме одни, и я буду помогать ему принимать ванну…
Кажется, герцога тоже не отпускали мысли о предстоящем вечере, потому что во время прогулки, когда мы ходили туда-сюда по садовым дорожкам, он не отпускал мою руку. Он то ласково пожимал мои пальцы, то очень нежно поглаживал ладонь, и болтал такие милые глупости, что я была рада, что он не видит, потому что краснела до ушей."
"- Понимаю, что не могу просить о многом, - шептал он когда мы проходили между кустами сирени, который – увы! – не могли спрятать нас от бдительного Эбенезера, потому что на них не осталось ни единого листочка, - но хоть один поцелуй вы разрешите? Хотя бы один поцелуй?
- Поцелуй разрешу, - ответила я тоже шёпотом, хотя Эбенезер не мог нас услышать, потому что следил за нами из окна дома.
- А… два поцелуя? – тут же спросил герцог. – Где два, там и один. Верно?
- Вы точно герцог? – упрекнула я его. – Ведёте себя, как заправский лавочник. Торгуетесь, как за каждый серебряный талер.
- Поцелуи – не талеры, - возразил де Морвиль. – Значит, два поцелуя? Вы ведь не будете жестоки, Сесилия?
- Не буду, - притворно вздохнула я. – Хорошо, будут вам два поцелуя. Считайте, что сегодня я добрая.
Мы миновали сиреневые кусты, свернули обратно к дому, и тут герцог спросил:
- А… если три, Сесилия?
Это было и смешно, и трогательно. У меня на глаза наворачивались слёзы, и я поспешно смахнула их, чтобы ни Эбенезер, ни тем более герцог ничего не заметили. Должно быть средство, чтобы преодолеть злое колдовство. И должен быть человек, который с ним справится. Завтра я займусь этим. Я уже знаю, где начать поиски. И если я найду этого проклятого колдуна, который осмелился навредить Ричарду, то я… то я…
Нет, я не придумала, как страшно наказать этого мерзавца. И вряд ли смогла бы что-то сделать против того, кто владеет чарами, неподвластными обычным людям. Но ещё я знала, что не могу просто ждать, когда наступит день дуэли. Не могу позволить виконту Дрюммору- этому подлому, трусливому сплетнику - взять и убить самого лучшего, самого благородного человека из всех, что я знала. Я обязана что-то предпринять. Даже не что-то, а сделать всё, что в моих силах.
Ужин я опять готовила в присутствии герцога, рассказывая, что делаю и зачем.
