2
0
— Получается, ты намекаешь, что она… что он…
— Боже, Джордж, что ты медлишь, говори, — поторопил ее муж.
— Ты думаешь, она окажется в его постели?
— Именно. Интересно, если она подарит ему свою невинность, женится он на ней или нет?
— Для Уоррена самое главное — преодолеть отвращение к женитьбе. — Джорджина вздохнула. — Джеймс, если дойдет до крайности, ему придется жениться, я сама об этом позабочусь, если твоя семья пустит все на самотек.
— Эми не согласится, если он сделает это не по доброй воле.
— Почему же нет? Подобным образом я получила тебя и очень довольна сделкой.
— Просто она не хочет таким способом его получить, вот и все. — Он внезапно остановился и усмехнулся:
— О, может, в этом все дело. Мы нажмем и вынудим его.
Джорджина уставилась на него:
— Но Уоррен же еще ничего не сделал! Джеймс пожал плечами:
— Так или иначе, он уже скомпрометировал девушку. Небольшая встряска, и он признается!
— О нет, ты так не поступишь. Я запрещаю тебе бить моего брата.
— Совсем немного, Джордж, он выживет, — попытался он ее успокоить.
— Да, и снова захочет тебя вздернуть. Не вздумай, Джеймс.
— В этом есть своя поэзия, своя справедливость.
— Отнюдь нет, когда дело не заканчивается браком. Ты просто должен убедить Уоррена держаться от Эми подальше. Рано или поздно ей придется отступить.
— Вряд ли. Она уже подумывает о том, чтобы отправиться за ним в Америку.
— Убежать одной? Боже, это совсем никуда не годится. Может, мне с ней поговорить? В конце концов, я знаю Уоррена лучше других.
— Поговори, но знаешь, слушать ее невозможно.
— Пожалуйста, только не начинай, тетя Джордж, — говорила Эми на следующий день за чаем. Джорджина лежала на софе, где Джеймс устроил ее и затем оставил для нелицеприятного разговора.
— Ты что, читаешь мысли? Эми рассмеялась:
— Чтение мыслей, магические кристаллы? Волшебство? Последнее время я снискала славу колдуньи!
— О чем ты?
— Не надо быть волшебницей, чтобы читать твои мысли. Все утро ты смотришь на меня как-то странно, не говоря уже о вопиющей рассеянности. Поскольку за эту ночь я не выросла на две головы, значит, дядя Джеймс тебе обо всем поведал и теперь твоя очередь меня наставлять на путь истинный.
— Извини, Эми, — сказала Джорджина, слегка покраснев. — Неужели я по-особому смотрела на тебя?
— Мне все равно. А вот Бонд был просто ошеломлен, когда ты поцеловала его в нос и сказала: «До завтра, дорогой».
— Не может быть! — воскликнула Джорджина.
— Забавно, он пытался три раза объяснить, что завтра уже будет посреди океана, но ты не обратила никакого внимания. Он так и ушел, бормоча проклятия климату, который сводит людей с ума.
