Уоррен уже достаточно натерпелся, поэтому прорычал:
— Ложись наконец, и если ты сегодня будешь храпеть, я успокою тебя подушкой.
Дрю внимательно взглянул на брата и ответствовал:
— Ах вот в каком ты настроении! Ну и везение — делить комнату с домашним брюзгой.
Это была последняя капля, переполнившая чашу терпения Уоррена, который немедленно бросился на Дрю. Младший брат распластался на полу, все еще находясь в прекрасном настроении, потрогал щеку, поднял голову и посмотрел на старшего, снова восседавшего на кровати.
— Тебе этого не хватает? — спросил Дрю, как будто теперь он прекрасно понял причины кислого настроения Уоррена.
— Хорошо, иди сюда, я готов.
Большего Уоррену не требовалось. Через пять минут их гостиничный счет увеличился в результате разнесенного на куски стула и сломанной кровати.
Клинтону это явно не понравилось бы, он никогда не разделял наклонности Уоррена ко всякого рода потасовкам. Дрю в отличие от Клинтона всегда с удовольствием поддерживал Уоррена в его любви к такого рода упражнениям. Даже синяк под глазом его не огорчил, так как он не собирался ухаживать за великосветскими красавицами.
Глава 19
Дело, предстоявшее Андерсенам наутро, заняло гораздо меньше времени, чем они ожидали.
Помещение, которое накануне подыскал Томас, ни у кого не вызывало возражений, и они договорились об оплате и подписали документы в течение часа. Будущая контора состояла из трех комнат и нуждалась в ремонте, правда, небольшом. Плотник и маляр должны были управиться за несколько дней.
"Дрю и Уоррен остались без дела, к тому же у Уоррена появился нежелательный спутник. Уоррена так и подмывало отправиться на Беркли-сквер и поговорить с Эми, но не хотелось делать этого при свидетелях. Сначала он решил избавиться от брата, просто еще раз подравшись с ним, но затем, когда у него появился ключ к решению его маленькой задачи, он был не в том настроении, чтобы притворяться недовольным. К счастью, у Дрю были свои планы.









