Магия любви

— Пожалуй, это для меня был единственный выход, я здесь чужая, понимаешь? А почему ты спрашиваешь?

— Я был удивлен, снова застав ее в доме.

— Разве она не говорила, что поживет здесь, со мной, пока доктор и Джеймс не разрешат мне вернуться к своим обязанностям?

— А как ты себя чувствуешь? Джорджина засмеялась:

— Проклятие! А как ты думаешь? Я чувствую себя, как будто я только что родила ребенка.

— О Джорджи! Тебе совсем не обязательно говорить, как они, только потому что ты живешь с ними.

— Ради Бога, Уоррен, почему я должна все время оглядываться, когда ты рядом? Неужели ты не можешь порадоваться, что я счастлива, что у меня здоровая, красивая дочка, что мне повезло и я люблю своего мужа? Немногие могут этим похвастаться.

Большинство женщин выходят замуж, чтобы угодить своим близким, а потом уже их счастье никого не волнует.

Он все понимал, кроме одного: как такой человек, как Джеймс Мэлори, мог завладеть сердцем его сестры. Сам Уоррен его просто терпеть не мог, не выносил его странного чувства юмора. Он никак не мог понять, что Джорджина в нем нашла. Безусловно, Мэлори не подходил ей, он ей не пара.

Но пока сестра счастлива, а это бросалось в глаза, он будет сохранять нейтралитет. Как только он заметит какие-то разногласия, он тут же увезет Джорджину в Америку, на родину.

— Прости, — смиренно сказал Уоррен, который не хотел ее обижать. Он снова заговорил об Эми, потому что это казалось безобидной темой. — Эта Эми, она не слишком молода, чтобы выполнять твои обязанности?

— Наверное, ты шутишь, — сказала она недоверчиво, — забыл, что мне было только двенадцать, когда пришлось взять на себя весь наш дом?

Он, однако, упорствовал:

— Это были зрелые двенадцать.

Джорджина хмыкнула, увидев его упрямство:

— А у Эми — весьма зрелые семнадцать.

— Семнадцать?

— Тут не о чем беспокоиться, — ответила она, нахмурившись, не в силах понять настроение брата. — Через неделю или около того ей будет восемнадцать. Ты бы видел, каким успехом она пользовалась во время своего дебюта. Ее только что вывезли в свет. — Джорджина засмеялась, вспомнив тот день. — Джеймс был сражен, до первого бала он и не замечал, какой взрослой и красивой она стала.

— Почему он должен был обращать на нее внимание, ведь она не его дочь!

Джорджина в ответ подняла бровь — Уоррен с неудовольствием отметил еще одну неприятную привычку, которую она переняла у своего мужа.

— Ты полагаешь, Джеймс слишком стар для меня? Я тебе клянусь в обратном.

Уоррен хотел было продолжить обсуждение, но передумал, не желая давать повод Джорджине для подозрений, поэтому он ограничился уклончивым замечанием:

— Я ничего не имел в виду.