22
0После короткого замешательства публика в холле потеряла к бедняге всякий интерес. Народ заторопился по своим делам, а мы с подельником, никем не остановленные, спустились в подземелье, наполненное шорохами и жутковатой тишиной.
Проскользнув в любезно приоткрытую приятелем дверь, я поежилась от промозглого холода и указала на нужный проход:
– Нам сю… Мать моя женщина!
В сумраке хранилища из-за магических капель глаза Стрижа светились.
– Что случилось? – испугался он.
– У тебя глаза блестят, как у кошки!
– Зато в темноте меня со стеной не спутают, – ухмыльнулся приятель.
– Ты скорее сойдешь за фонарный столб…
Если разбитые после перестрелки бутыли, стоявшие поближе к выходу, все же убрали, то в глубине склада по-прежнему царил хаос. Посреди прохода валялась стремянка, под подошвами хрустели стеклянные осколки и поблескивали невысыхающие лужицы приснопамятного лосьона.
– Что здесь случилось? – полюбопытствовал Стриж, принюхиваясь к зловонию, характерному для драконьей крови.
– Катастрофа. – Я присела на корточки, чтобы дотянуться до целеньких банок с кровью, стоявших на нижней полке.
– Катастрофа носила твое имя?
– Коллективное.
Сосуд, закрученный проржавевшей жестяной крышкой, оказался таким тяжелым, что мне пришлось прижать его к животу.
– Падает! – прохрипела я.
Приятель с легкостью подхватил банку, встряхнул и, глядя на стекающие по внутренним стенкам мутные струйки, уважительно присвистнул.
– Тут капитала даже моим внукам хватит.
Выглядел он так, словно собирался своровать все три литра.
– Моего увольнения хочешь? – осадила я его.
Стриж с превеликой осторожностью открутил крышку и с брезгливой гримасой отодвинул от себя банку на вытянутых руках. Сырой воздух наполнился злым душком, даже глаза заслезились. Воровато оглянувшись на пустой проход, я быстро подставила одну из мензурок, выданных нам Доком. Кровь хлынула щедрым ручьем и только отчасти попала в узкое горлышко маленькой склянки.
Напряженная рука приятеля дернулась, густая коричнево-бордовая жидкость взбаламутилась. Оставляя след, капля стремительно скатилась по гладкой пыльной стенке банки, чтобы попасть на палец аггела. Раздалось тихое шипение."
"Медленно и осторожно Стриж отставил сосуд на пол, а в следующее мгновение разразился потоком брани на латыни. Не оставалось сомнений – он покрывал ругательствами весь окружающий мир и меня в придачу. Вопли эхом разносились по огромному гулкому помещению, отражаясь от стен и заставляя нервно озираться по сторонам.
– Это же энергетик! – вопил Стриж, переходя на межрасовый. – А я долбаный аггел! Мы не можем с ним встречаться!
– Истомина… – вкрадчивый голос оборвал тираду пострадавшего парня, и моя душа ухнула в пятки.
