0
0Он долго звенел пузырьками, шипел и скрючивался, пытаясь перегрызть бинт на щиколотке. А когда ему наконец удалось подняться на ноги, ставшие как будто чужими, распухшие от повязок и еле уместившиеся в кроссовки, Матильда удовлетворенно кивнула и повторила:
— Вали отсюда.
— Куда? — обреченно спросил Славик.
— Не знаю. — Матильда осматривала свои локти, выворачивая их под таким углом, что при желании запросто могла бы укусить. — Домой. Ты же где-то жил?
— Но я…
— Ты мне здесь не нужен, крум!
Опешивший от резкого окрика Славик попятился и, не зная, как еще поддержать разговор, решил наконец уточнить:
— А что такое «крум»?
— Это идеальный человек. — Матильда нащупала рану на затылке и вылила половину пузырька зеленки прямо себе в волосы. — Безмозглый и неподвижный. Не брыкается, пока его едят.
— И он… — Славик неожиданно вспомнил пещеру, на стенах которой гроздьями висели живые сгустки плоти. Это видение показалось ему давно и хорошо знакомым, словно он уже не раз бывал там и даже, кажется, болтался под каменным сводом вместе с прочими вяло шевелящимися комьями. — Он живет в пещере?
— Как вариант, — хмыкнула Матильда. — Пещера крумов — это что-то вроде сундука с сокровищами… Всего лишь легенда. Наша легенда. У нас тоже сочиняют сказки о вас. Уходи, крум. Тебе же лучше будет.
Глаза у нее на мгновение стали неправдоподобно яркими, будто подсвеченными изнутри. Это просто кто-то греется у жаровни в ее голове, подумал Славик, и чувство странного, почти неосознаваемого дежавю опять подступило к горлу. Стало тоскливо и жутко.
«Берегись ее». Хозяин крикнул на прощание: «Берегись ее», а он-то уж наверняка лучше других знал, с кем в лице Матильды имеет дело.
Славик молча развернулся и пошел сквозь сумрак заброшенного дома к сияющему выходу на улицу.
***
В метро Славика ждало непредвиденное препятствие — там поменяли турникеты. Он долго приплясывал вокруг одного из них, но так и не нашел щель для жетонов. Пролетающие мимо благополучные счастливчики прикладывали к панели пластиковые карты, похожие на банковские. Славик слыхал, что уже и кольца для оплаты проезда делают, и даже чипы под кожу ладони вшивают. Карты, наверное, тоже были модным нововведением. Хоть бы предупреждали, улучшатели хреновы, подумал Славик. То станцию закроют, то турникеты поменяют с жетонных на карточные, и никаких тебе объявлений.
— Молодой человек! — раздалось сзади.
К Славику решительным шагом направлялся полицейский. Прикинув, что выглядит он сейчас не самым презентабельным образом, а в карманах ни документов, ни денег, Славик вдохнул поглубже, прижался к чьей-то обширной, пахнущей паленой шерстью спине и проскользнул через турникет.
