7
0
— А сколько конкретно кластеров у «Сладкой Жизни» сейчас? — спрашиваю я, привлекая внимание парня.
— Двенадцать. Все они добровольно присоединились к нам, — улыбается Шмель.
Но мне это кажется маловероятным. Ведь зачем тогда было нужно столько стражи? При двенадцати кластерах и общей численности полиса в 150 игроков, тридцать воинов составляет пятую часть населения.
Без веской причины такого бы не произошло.
Ромашка подтверждает мои сомнения. Как удачно, что я попросил в сопровождающие именно её.
— Ага, а вспомни ещё тех индейцев. «Добровольно», — качает головой девушка.
— Индейцы? — удивлённо поднимаю я бровь.
Неожиданно.
Иногда забываешь, что в мир Системы перебралась вся Земля. Языковое единство не всегда бросается в глаза.
Какая разница, какого ты цвета или национальности, если умеешь работать — то тебе везде рады.
А если ты ленив или труслив, тебя ждёт судьба раба или кадавра.
Удивительная шутка!
Расизм и национализм на Земле уничтожила не борьба за права людей, не ООН или кто-то ещё, а ядерная война, которая просто распылила Землю на атомы!
И, конечно, Великая Система. Теперь решающими факторами являются лишь уровень и характеристики.
Хе-хе, шило на мыло, точно.
— Были тут одни… дикари, — вздыхает Шмель. — Открылся кластер, а внутри — индейцы с копьями и каменными топорами. Начали втирать про какой-то свой великий культ Небесного Ока. Это они так Систему прозвали. А когда их послали по добру, поздорову с этой ересью, так они и напали.
— Вот, а я что говорю, — спорит Ромашка. — Это был «мирный протест». Только с каменными копьями и топорами.
— В общем, неловко получилось, — потирает шею Шмель. — В пылу боя на индейцев наслали пчёл, и те их изжалили. После этого мы уже к себе приняли нормальных новичков, которые появились у их стелы.
— Пчёлы всех до смерти искусали? — интересуюсь я.
На самом деле я так и предполагал, но теперь следует дополнительное подтверждение моих мыслей.
— Угу, — вздыхает парень. — Мы пытались договориться, но они настаивали, чтобы все подчинялись их культу. Что нам оставалось?
— А почему ульев здесь не было, когда мы подходили? — оглядываю я луга внимательным взглядом."
"— В случае чего мы их сразу прячем вглубь полиса, — объясняет Шмель. — Это их дом. А пчёлы — такая же важная часть «Сладкой Жизни», как и сами игроки!
— Понятно, — задумчиво говорю я.
— Мы часто переставляем ульи в зависимости от обстоятельств, — продолжает Шмель. — В разных местах получается разный мёд. Есть луговой, а есть сделанный из цветов деревьев в лесу. Тонкостей много, но интересно узнать, что и где получится.
