7
0
Чем больше о нас будут говорить, тем лучше будут продаваться наши товары.
С подобными мыслями я отправляюсь в путь, во главе каравана.
Дни стремительно сменяют друг друга, и мы даже не замечаем, как уже преодолели всю степь.
Никаких неприятностей в пути не случается. Пару раз на горизонте мелькают наездники, но при попытке наших сопровождающих к ним приблизиться, тех словно ветром сдувает.
Последствия сезона дождей заметны и здесь, хотя, похоже, Степи он пошёл только на пользу.
Вместо иссушенной и пожелтевшей травы и редких кустарников, я вижу зеленеющие и цветущие поля.
Только в некоторых местах наш путь пересекают глубокие промоины, которые приходится объезжать.
Но их уже потихоньку засыпает мелкой степной почвой. Думаю, через пару месяцев здесь будут неприятные участки, вроде «зыбучих песков».
Так что по моему приказу эти места обозначают вбитыми в землю столбами.
Будет интересно проверить моё предположение в будущем.
Вскоре на горизонте мы замечаем очертания Вавилонской Башни. Внешне она нисколько не изменилась.
Вот только внимательнее рассмотрев защитные стены при приближении, мы обнаруживаем множество мелочей, которых раньше не было.
Деревянные надстройки, которые ранее виднелись на каменной стене, сейчас представляли из себя обугленный мусор, что валяется с внешней стороны города.
Тут и там из-за стены поднимаются столбы дыма. Неужели, пожары?
Подъезжая к воротам, я встречаю ту же пару стражников.
— Лорд Спарты! — вздыхает один из них, взволнованно.
Другой бледнеет, словно мел.
«Что могло вызвать такую реакцию?» — думаю я.
— И вам добрый день! Прибыл снова с караваном, привёз новые товары. А вы как? Всё ещё стоите на воротах? — улыбаюсь им.
— Д-да, всё так. Приведите Рашида, сейчас же! — кричит один из стражников в сторону ворот, сжимая копьё.
— Мы тогда двинемся в резиденцию Спарты, — заявляю я, — Пусть Рашид туда сразу и подойдёт.
Я уже командую Петру продолжить движение, как наш путь преграждают оба стражника, направляя острия своих копий в морду кабана.
Пётр возмущённо фыркает, начав бить землю копытом и широко раздувая ноздри.
А кому ещё понравится, когда в него тычут всякими острыми палками?
Вот и Петру подобное отношение явно не по вкусу!
— Это ещё как понимать? — хмуро произношу я, опуская руку на рукоять меча на поясе.
— В-вам не положено заходить внутрь! Мы не можем пустить вас! — заикается стражник, едва сдерживая ужас. — Пожалуйста, остановитесь!
Его напарник безмолвно кивает, подтверждая его слова.
Скосив взгляд вверх, я замечаю сразу десяток стрелков, опасливо поглядывающих в мою сторону.
Луки они не натягивают, но держат в руках и в целом выглядят недружелюбно.
