8
0
Теперь Диверик носил звание магистра, но занимался не магической, а только физической подготовкой адептов. Почему так, я уточнять не стал.
Новоявленные коллеги принесли бутылку крепкого вина и папку с учебными планами по двум «моим» предметам. Папку я, конечно, отодвинул, а вино… оно оказалось неплохим.
Пили из чашек, которые нашлись в шкафу в кабинете. Разговор перескакивал с темы на тему, но постоянно возвращался к «главному» – к моему здесь появлению. Иверс успокоился сразу, а Диверик всё допытывался – как, что, почему, и надолго ли я здесь?
Я отвечал то же, что ректору Аларсу и адептам. И да, насчёт сроков своего здесь пребывания всё-таки врал.
С Аларсом мы договорились, что останусь до конца семестра, а я упоминал конец учебного года, однако сидеть в Академии Ривенстэйл так долго, конечно, не собирался. Конец семестра, и всё. Прощай закрытая академия, здравствуйте Джиффилин и Цитадель!
После бутылки, принесённой коллегами, нашлась ещё одна – уже из моих запасов. Но на этом веселье закончилось, и я, выпроводив гостей, принялся изучать учебный план.
Сидел, читал, и с неудовольствием понимал – к большинству занятий по плетениям придётся готовиться. Ведь я практик, а адептам нужна теория, изложить которую без подготовки довольно сложно.
Тут невольно вспомнилась самая первая лекция – та, что проходила у первого курса. Адептка Эрика Тизар с её падением… вот уж чудное начало дня.
Мало что девушка, так ещё и совершенно бездарная – настолько слабой ауры ни у одного мага не видел. И она всерьёз намерена окончить академию? Нет, в самом деле? Не смешите меня!
Впрочем, я всё-таки рассмеялся, но уже по другой причине. Эта несчастная адептка смотрела так, будто я голодный волк и вот-вот её сожру.
Нет, я-то в самом деле сожру, с такой аурой мои предметы она точно завалит, но тем не менее! О, эти синие глаза и фарфоровая кожа! Кстати, в былые времена, до Джиф, я бы точно заинтересовался, но теперь смазливые юные аристократки – не моё.
Эрика Тизар
Ещё один момент, связанный с игрой – время. Там, в магической реальности, оно текло по собственным законам, без оглядки на остальной мир. Игрокам могло казаться, будто раунд продлился несколько минут, а в действительности прошло гораздо больше. Вот и в этот раз – мы провели на воздушных островах всего ничего, а когда вернулись, стрелки часов, висевших в тренировочном зале, сообщили, что на дворе почти ночь.
Одновременно появилось сильное чувство голода, словно мы полдня не ели. Впрочем, так оно и было – обедали-то сто лет назад.
В столовую, на ужин, успевали, но команда Боевого факультета, не сговариваясь, устремилась в другое место. В большой общий холл, где висела турнирная таблица, в которой отображался результат.
Мы не бежали, но почти.
