3
0
Но самое неприятное было то, что пролетел он едва ли не в паре метров от бледного, но всё ещё сопротивляющегося Богучарова.
— Утащите Лорда-наместника со стен! — раздался приказ одного из фалангистов. — Мы не можем потерять его!
— Эй, пустите меня! — тут же начал брыкаться бывший депутат, когда его силком закинули на руки и потащили прочь со стен. — Я вложил слишком много денег в эти стены! Я не позволю их так просто разрушать! А ну поставили меня на землю! Я всё взыщу с этих убогих афинян! Слышите, всё взыщу! С процентами!
Самая кровопролитная и тяжёлая осада этой войны ещё только начиналась.
* * *— Мой господин, я прошу вас передумать касательно участия Киото в этой войне, — обратился министр Хакен к Лорду О.
— Что это ты такое говоришь, Хакен? — возмутился Сёгун, надевая на себя доспехи, — На нашего союзника напали. Кем мы будем если сейчас не вмешаемся?!
— Мы будем благоразумными, мой господин, — продолжил Хакен. — Я более чем уверен, Спарта справится и без нашего вмешательства. Её флота достаточно, чтобы сразить Афины. Нам просто о не за чем терять жизни наших моряков за чужие интересы.
— Интересы Союза — это и наши интересы в том числе!
— Интересы Союза — это интересы Спарты и её одной, — вздохнул Хакен.
— Этого не случится, — упрямо покачал головой Лорд О. — Шурик не предаст нашу дружбу, как и я не стану бить ему в спину. Мы — потомки настоящих самураев, Хакен. Мы чтим честь и обязательства.
— Вы не понимаете…
— Довольно! — повысил тон Сёгун. — Это ты ничего не понимаешь, Хакен. Порой следует идти на жертву ради всеобщего блага.
— Да, порой нам приходится идти на это, — задумчиво выдал Хакен, — Ради общего блага…
— Вот видишь? Хоть здесь мы согласны в чём-то, Хакен, — улыбнулся Сёгун, надевая на голову шлем.
— И потому я хочу попросить у вас прощения, мой господин, — склонил голову в почтительно поклоне первый министр.
— За что это, Хакен?
— За всё, что сейчас произойдёт, — признался первый министр.
В следующую секунду двери в покои Сёгуна резко отворились, а внутрь вошли два десятка воинов.
Из которых только десять являлись самураями, а остальные оказались министры и чиновники.
— Как это понимать, Хакен?! — побагровел лицом Лорд О, схватившись за катану на его поясе.
— Прошу не сопротивляйтесь, господин. Ваши люди не причинят вам никакого вреда. До той поры, пока вы не будете совершать никаких глупостей, — сообщил Хакен.
