3
0
Ведь Вавилон сумел организовать целую сеть подземных туннелей, через которую они перемещали своего единственного мага-призывателя, что создавал големов прямо на месте событий.
И вроде бы ничего серьёзного. Ну, големы и големы, что с них взять!
Кочевники куда быстрее будут этих образин. А если ты не можешь поймать противника, то какой тогда толк во всей этой показухе?
Так думали и воины степи. Ровно до того момента, пока големы не начали метать камни. Особенный урон наносили не крупные валуны, а мелкий щебень или галька.
Те самые броски, а-ля шрапнелью, что казались разрушительными в черте города, оказались куда более ужасающими на открытой местности.
Ни укрыться, ни увернуться, ни сбежать…
Големы просто снесли посты наблюдения кочевников, а когда подкрепление прибыло, чтобы проверить, что послужило причиной смертей товарищей, было уже слишком поздно.
Вавилон выдвинул целую армию в как минимум три сотни игроков на восток.
Союз предполагал, что Стервятник ударит по Москве, так как те были ближе всего и потому разместили дополнительные посты наблюдения у входа в долину.
Вот только правитель Вавилона сумел снова всех оставить с носом, совершив огромный крюк и тем самым выйдя к Милану с севера.
Такого манёвра от «свободного города» никто не ожидал.
Даже змееглазые в своих расчётах описывали этот сценарий, как наименее реализуемый.
Ведь какой в том смысл? Рядом находится Краснодар, база Спарты, неподалёку Новая Надежда, ставка Великого Хана.
Стервятник словно напрашивался на битву со всеми разом.
Казалось бы, Милану нужно всего-то продержаться неделю-полторы, и к ним на помощь придёт вся мощь Спарты.
Но… дьявол крылся в мелочах.
Так и големы Вавилона оказались монструозным оружием. Вся та армия изменённых, которыми гордился Данте. Все те «гориллы» и «быки», способные на равных сражаться с гвардией Спарты…"
"Не смогли противостоять броскам каменных големов. Для несущегося на высокой скорости булыжника совершенно всё равно, какой у тебя показатель Силы или Выносливости.
Череп и костный скелет у всех плюс-минус одинаково хрупкие.
Уже в первом бою Милан потерял пять десятков своих лучших изменённых и вынужден был отступать вглубь своей территории. Бросая и эвакуируя посты добычи ресурсов, форпосты, лагеря и фермы.
Потому что големы всё теми же камнями сносили любой частокол. Разрушали любую башню, превращали в фарш любой отряд кавалерии, пехоты или стрелков.
Всё, что могли сделать силы змееглазых, — это отойти к своему полису.
Лишь каменные стены могли задержать мощь призванных существ.
И именно на них делал теперь свою ставку Милан, плюс на немногочисленные диверсии.
Пока что же Вавилон активно грабил их предместья, забирал всё сколько-нибудь ценное, мародёрствовал.
