6
0Правда, дискомфорта я не испытывал, едва замечая свою питомицу.
— Что ты наделал⁈ — закричал Борис, поднимая специальные заколдованные камни рядом с собой. — Теперь тебе не жить! Ты умрёшь!
Слишком много слов для труса и убийцы! И слишком много пафоса!
— Покажи, на что ты способен, смертный! — проговорил я в ответ и хохотнул.
То, что понеслось в меня после этих слов, не только наверняка убило бы меня ещё пару часов назад, но и совершенно очевидно могло бы разрушить выстроенный мною лагерь.
У Замятиных нашлись весьма серьёзные артефакты. Даже сейчас мне стоило сил противодействовать им, но магу, питающемуся силой всей земли, расположенной вокруг, сложно противостоять.
Камни, летящие со скоростью в десять-двадцать раз превышающую скорость пули. Куски скалы, обрушивающиеся на меня со всех сторон. Лава, фонтаном бьющая возле ног. Базальтовые лезвия, пытающиеся раскрошить и обрушить столп, на котором я стоял. И это лишь малая часть того, что против меня было применено.
Но камни выбивали мой силуэт в воздухе, не в силах коснуться моей кожи, а также тела Скалли. Лава отталкивалась от невидимого поля и брызгами окатывала телохранителей Замятиных. Те орали и падали на землю. Базальтовые лезвия рассыпались, наткнувшись на мой столп.
— Достаточно, — сказал я голосом пресытившегося императора.
После этого сделал лёгкое движение рукой, больше для своих противников, чтобы успели осознать то, что с ними сейчас случится.
— Прощайте! — крикнул я, после чего земля под ногами братьев и их телохранителей разошлась, и они рухнули внутрь своей горы.
А та с удовольствием поглотила их. Они будут падать долго. И окажутся в таком месте, где никакая магия не поможет им выбраться наружу.
Я развернулся и уже собирался двигаться вслед за своим лагерем, когда меня окликнул женский голос."
"— Постойте! — я обернулся.
Теперь мне хватало магии на гораздо более значительные вещи, чем раньше. Сейчас, например, я понимал, что вижу перед собой жену старшего брата Замятина. Более того, я уже знал, чего она от меня хочет, но не стал вываливать это сразу. Человеку всегда важно, когда его слушают. Даже в такой неприятный момент, какой был сейчас у этой женщины.
— Слушаю, — ответил я, спускаясь примерно на её уровень.
Гибкость столпа, на котором я стоял, вполне позволяла это, так как была подобна змеиной грации.
— Теперь вы вернётесь со своими людьми и убьёте нас? — спросила она, сложив руки на груди.
А из глаз её лились слёзы, и создавалось ощущение, что лились они сами собой, совершенно без участия женщины.
— Нет, — я покачал головой. — Мне нет нужды убивать кого бы то ни было. Хотя я мог бы сделать это и в одиночку, — пожав плечами, я приблизился к женщине.
