Лиза мне в паспорт

- Так нельзя! Это садизм!

Совсем недобро усмехаюсь-

- Значит, тебе так было можно со своей дочкой, а с тобой нельзя? Двойные стандарты, мудила!

- Она была ребенком, а я взрослый! Болевой порог разный…

- детям, потвоему, не больно? Отвечай, сука!

- Ну… больно, наверное, но не так…

- Наверное, не так?! У них что, другая кожа? Ты совсем придурок?!

достаю телефон, открываю галерею с фото, нахожу снимок, где Лиза с детьми, потом подхожу к этому утырку, хватаю за шкирку и заставляю посмотреть на экран-

- Смотри, сука, твои внуки! Мой сын и моя дочь… Так вот я лучше сам на горохе буду стоять часами, чем кому-то из них дам постоять минуту…

- Так их нормально не воспитаешъ… - ляпает он в жалкой попытке себя оправдать.

- Вот и проверим, хороши ли твои методы воспитания! - тут же отшвыриваю его от себя.

- Ты псих! - орет он что есть мочи.

С этим не поспоришь, действительно становлюсь психом, если кто-то смеет обижать мою семью. Громко и внятно описываю ему ситуацию:

- Ты поживешь здесь какое-то время. да, деревенька маленькая и домик твой совсем на отшибе - сколько ни кричи, никто не услышит… Зато в пяти километрах отсюда церквушка!

Будешь ходить туда по воскресеньям, грехи отмаливать… Арам тебя будет провожать, правда,

Арам? Ну и, само собой, он же будет заниматься воспитательной работой…

- И долго мне так? - заикаясь, спрашивает мразь.

- Пока не поймешь, что детям тоже больно, пока не раскаешься! - пожимаю плечами. -

Причем раскаяться надо так, чтобы Арам тебе поверил… А он человек сложный… Людям доверяет со скрипом, пунктик у него такой. Так что тебе придется постараться. После этого ты покинешъ страну.

- Куда же мне?

- да мне плевать куда! Но к Лизе ты даже на пушечный вьтстрел больше не подойдешь, ясно?

По зашуганному виду недородителя могу определить - ему ясно.

Через два месяца:

31 декабря 2027

12:00

Лиза

дверь кухни хлопает. Оборачиваюсь, ожидая увидеть кого-то из детей, ведь они в курсе, что я делаю торт, а крем предпочитают есть из миски, а не с коржей. Ребятня… Что с них взять.

Однако это не дети-

- Елизавета Авзураговна, вам письмо! - на пороге показывается наша домработница.

Вытираю руки, беру конверт.

- Спасибо!

Когда она уходит, вытаскиваю письмо, читаю и чуть не промахиваюсь мимо стула, когда пытаюсь сесть.

«Приветствую тебя, Лиза!

Это твой отец, хотя я теперь понимаю, что не имею права так себя называть. Ты - единственный родной мне по крови человечек. Ты частица той, кого я так любил… А я издевался над тобой так, словно ты несешь на себе грех за ее смерть. Но это не твоя вина, что ты жива, а твоя мать - нет."

"Мне нет прощения за то, как я к тебе относился.