Постепенно появлялась и чувствительность тела. Сначала ощутил ноги, а потом словно теплая волна пронеслась. Руки были стянуты за спиной. Не холодом металла, скорее всего это пластиковые хомуты, какие я здесь видел неоднократно. Пока еще сохранялась чувствительность. Или затянули слабо, или прошло немного времени. Впрочем, если хорошо и с чувством подойти к этому вопросу, то и пяти минут, максимум десяти, хватит за глаза.
Включился слух.
Два голоса.
Говоривших пока не видел, оба находились вне поля зрения.
– Чужак, зачем ждать-то?! Давай прямо сейчас отрежем ему башку, а потом все остальное.
– Вилена сказала, заплатит, только если будем резать живому, когда он будет в полной памяти. Сначала яйца и член, потом пальцы на руках и ногах, потом башку, а завершающий аккорд – в рот вставить член.
– И откуда у баб в голове это дерьмо берется? Нет бы просто завалить, выеживаются!
– Пусть! Нам же лучше. За искусство всегда платят больше! Еще надо принести башку этого идиота и видео.
– Один черт, а такие сложности. Эффект-то тот же. Пациент скорее мертв, чем жив.
– Завалить свежака – много мозгов не надо. Если бы было все просто – хрен бы за него кто жемчужину бы дал, так, пару горошин максимум. А мне нужна жемчужина! Очень."
"– Не только тебе! – второй голос хохотнул, да так мерзко.
– Эт точно, но мы сейчас все поправим! Пять сек…
Тишина, шуршание.
– Чужак, Чужак!.. Ты чего, Чужак?.. – истерические нотки, и страх таки ощущался в этом голосе. – Не надо… Да не нужна мне жемчужина… Не надо! Ты чего? Да пошути…
Резкий, но глухой звук, будто кто-то шампанское открыл, оборвал другие, поглотил их. Проглотил.
И так раза три или четыре. Многозарядная бутылка. Ага, бутылка… Мозги еще на место не встали.
А затем смешок и довольный голос:
– Надо, Федя, так надо! Кто бы знал, как давно я мечтал это сделать?! Как же ты меня достал своей тупостью!
Попробовал пошевелиться.
Появилась знакомая морда – бородач, которого я видел в сауне, именно он и еще один направлялись до кабинетов в обнимку с девками легкого поведения. Второй, видимо, добегался.
– О-о, как хорошо! Ты, мужик, просто красавец! И это говорю без всякой хрени! Ни разу не противный. Только подумал, что пора бы тебе уже в себя прийти. Смотрю, и ты зенками хлопаешь.









