4
0
И тут заметила странность — снежно-голубые глаза шефа начали стремительно менять цвет, становясь опять родными, привычными, то есть красненькими.
— Шеф, а чего это у вас глаза покраснели? — Исключительно из любопытства спросила.
— Честно сказать? — почему-то спросил он.
— Естественно.
— Да потому что ты меня бесишь, Виэль! — неожиданно прорычал шеф.
Да, очень неожиданно.
— Ну кто, если не я, — заметила философски. — Так что, страдать будем или действовать?
Лорд Эйн молча буравил меня взглядом.
— Страдать, конечно, удобнее. — Я с начальством всегда предельно откровенна. — И только счастье требует решимости, смелости и активных действий.
Усмехнулся, поинтересовался:
— И что же в твоем понимании счастье?
— Мы не обо мне сейчас.
— Хорошо, как ты понимаешь мое счастье?
Интересный вопрос. Задумчиво поболтала ногой, прижала к себе крепче бумаги, искоса взглянула на шефа и предположила:
— Доказать всем, как сильно они ошибались на ваш счет?
На лице Эйна ни дрогнул ни один мускул.
— Добиться всеобщего уважения?
Взгляд изменился, но только слегка.
Неожиданно поняла:
— То есть я вас постоянно бешу?
— Угу, — подтвердил шеф.
Мы помолчали.
— Трезветь будете или сразу делами займемся?
Повел плечом, затем кивнул, кивнул еще раз и пробормотал:
— Мне нужно начать… с чего-то начать… я…
Я похлопала его по плечу еще раз и начала с главного:
— Вам нужно выучить речь. И не так, как в прошлый раз. И невеста нужна. И преподаватели по ораторскому искусству, экономике, политологии и… я сама всех найду и подберу. И мы оппозиция, так что пару ошибок позволить себе можем, типа вашей вчерашней выходки с леди Йартау, но не больше. А вообще с ошибками нужно завязывать. И…
Меня остановил насмешливый взгляд Эйна. Именно насмешливый. И слегка снисходительный.
— Что? — хмуро спросила я.
— Виэль, — он странно произнес мое имя, словно смакуя каждый звук, — ты, возможно, талантливый секретарь, но как правитель… Начинать нужно не с ораторского искусства, дорогая, а с захвата контроля над путями сообщения. Мне нужны ртутные пути, контроль над которыми сейчас у шавок Харниса, а не невнятные речи, тебе ясно?
Ясно мне было только одно — зря снежик назвал меня «дорогая». Я ему это припомню, когда озвучу размер своей зарплаты. А она будет высокая, потому как:
— Шеф, — теперь настала моя очередь смотреть на него снисходительно, — подгорный народ и их глава ДокЭрСатан Эмаркад Шаверский Топорович уже вступили в ряды оппозиции, соответственно ртутные пути наши. Так что прекращайте выпендриваться и давайте действовать по проверенной схеме — сначала учим речь, а потом уже создаем мне проблемы.
Повисла многозначительная и очень потрясенная пауза. А потом от стены донеслось:
— Виэль, выходи за меня! Серьезно.
