Любовь со вкусом миндаля

— Брендон, — представился второй и, скорее всего, исключительно ради приличия поинтересовался: — Вы одни здесь?

— Нет, то есть да, — начала Трейси, — мы отбились от шко… своей группы, — вовремя спохватившись, соврала она. Что-что, а рассказывать понравившимся ребятам, что они желторотые школьницы в ее планы не входило. — И не знаем теперь, как попасть в Музей Человека.

Ник бросил взгляд на наручные часы и сказал, что музей через полчаса закроется.

— Значит, поедем сразу в гостиницу, — беспечно отмахнулась Трейси. — А вы студенты? Во Франции на каникулах? — не желая прекращать диалог, она так и сыпала вопросами.

— Можно и так сказать, — ответил Брендон. — А если не секрет, во сколько лет родители начали отпускать дочерей за океан одних?

Шэрен усмехнулась и подумала, что так тонко их возрастом еще никто не интересовался.

— В семнадцать! — солгала Трейси, прикинув, что этот возраст должен был быть более или менее подходящим.

— Нам по пятнадцать, — тут же отозвалась Шэрен, чтобы у ребят не возникло ложных представлений и, упаси бог, желаний. Поймав гневный взгляд подруги, она вопросительно подняла бровь, без слов объясняя, что обмануть их вряд ли удастся.

Ведь, если сама Трейси еще могла сойти за семнадцатилетнюю, что сзади, что спереди она уже вполне сформировалась, то Шэрен вся состояла из острых углов: коленки, локти, скулы. Никакого намека на соблазнительные девичьи округлости. Единственное, что в ней приковывало взгляд — волосы. Густые, вьющиеся, на солнце отливавшие золотом.

Парни дружно засмеялись, и даже скучавший Брендон больше не блуждал рассеянным взглядом по улице.

— Вас подвезти? — подарив открытую бесшабашную улыбку новым знакомым, предложил Ник.

Шэрен заметила быстрый, но вне сомнения изумленный взгляд Брендона, а потом всеобщее внимание перетянула на себя чуть ли не запрыгавшая от радости Трейси. На такой исход она и не надеялась, и не только она.

Ник открыл переднюю дверь, приглашая Шэрен присесть рядом, а Брендон, ловко перемахнув назад, постучал по бежевому кожаному сидению и выразительно посмотрел на Трейси.

Шэрен поравнялась с Ником, бросила сомнительный взгляд на ворковавшую с симпатичным брюнетом подругу и подняла глаза на застывшего возле пассажирской двери молодого человека.

— А во Франции возраст согласия, как и в Америке? В шестнадцать? — задумчиво проговорила она.

— В пятнадцать, — доверительно шепнул Ник. Шэрен сглотнула. Его глаза озорно блеснули, и он окинул тоненькую фигурку веселым, но напрочь лишенным всякого интереса взглядом.

— Ты забавная, Шэрен. — Он любезно усадил ее. — Садись и не бойся. Тебе рано даже думать о таких вещах.

Она вспыхнула и подумала, что до сегодняшнего знакомства действительно не думала ни о чем подобном.