Любимая пешка короля

– Это же сон, да?

- Конечно, - он потянул за конец пояса, и полы халата разошлись.

- И Лео, и наряды эти, и азиат в плаще – тоже сон?

- Кто такой «азиат»? – ихнее величество уже спускал одежду с моих плеч, внимательно ревизуя, что под ним. А ничего под ним!

- А, он же из другого сна, - вспомнила я и потянулась к губам красавчика, повинуясь его требовательной руке.

- Что значит, «из другого»?! – остановил меня величество возмущенно. – У тебя еще сны есть?!

- Не переживай, вместе  кроватью мне снишься только ты.

Это было, как вернуться домой после долгой командировки, – оказаться в его объятиях.

Я заползла на него и потёрлась об его торс, такой мускулистый и горячий. Потом коснулась губ. Его пальцы зарылись в мои волосы,  и голова закружилась.

- Ты такой сладкий, - прошептала я, отрываясь от поцелуя.

- «Сладкий» - это не про Нас, - недовольно заявил величество и подтверждение своих слов брутально перекатился на меня сверху. – Мы – твердый, волевой и решительный.

- Дай попробую, - попросила я.

- Что? – навис он надо мной, прижимаясь снизу внушительным аргументом твердости и решительности.

- Аргумент, - я повела пальцами по ребрам в нужном направлении, протискиваясь к животу.

- Ты уже пробовала, - в его глазах мелькнула насмешка.

- Я уже забыла. Память, знаете ли, Ваше Величество, у меня девичья. Мне бы еще разок. Лизнуть, м?

- Вот же девчонка хитролисая! – величество перевернулся на спину и заложил руки за голову. – Можешь Нас… дегустировать.

Я избавила красавчика от белья средневекового пошива и перешла к главному.

- М-м-м, - провела я рукой по «аргументу», - ты действительно твердый. Очень.

- А что Мы говорили? – самодовольно заявил величество и ткнулся мне в руку.

- И очень решительный, - зачла я попытку и, придерживая у корня ладонью, провела кончиком языка снизу до самой верхушки головки. – А еще сладкий!

- Тебе показалось. Мы требуем повторной дегустации! - возмутился он.

Я прошлась широкой спинкой языка по бархатисто-гладкой коже и обвела кончиком выпуклый, розовый ободок.

- Сладкий! – вынесла я приговор.

- Мы возражаем! – с высокомерной физиономией заявил этот сноб. - При таком поверхностном знакомстве невозможно вынести верное решение.

Я облизала головку и вобрала член в рот, насколько позволяла возможность. И повторила еще раз.

- Сладкий! – повторила я.

- Это попахивает государственной изменой! – он приподнялся на локтях.

Я демонстративно обсосала «аргумент»."

"- Как леденец на палочке! – сообщила я и вернулась к своему занятию, наблюдая, как сжимаются его пальцы, комкая простынь.

- А-а! – толкнулся он мне в рот.

- Сладкий! – заявила я, и он рассмеялся.

А потом рывком перевернул меня на спину.