4
0
- Оно достойно тебя, - шепнул Эль.
Я потрогала его рукой.
Раньше я думала о возможных подарках короля как о ликвидных активах на будущее.
А теперь расплывалась от радости, как ребенок от новогоднего подарка. Мы, женщины, такие глупые. Такие предсказуемые…
Лео что-то экспрессивно обсуждал с чернявым толстячком за прилавком. Эль скользил пальцами по рядам перстней. Я стояла и лыбилась как дура.
Среди ювелиров улов оказался выше. Из пятнадцати лавок мы выловили девять мастеров, из которых можно было обучить вполне достойных артефакторщиков. В одной, той самой, первой, даже двоих сразу.
После прогулки по ювелирным лавкам я чувствовала себя той самой ёлочкой, которой в свое время обзывала короля. Он обвесил меня драгоценностями везде. Страшно подумать, во что это обошлось казне. Я даже пыталась отбиваться из соображений экономии, но Его Величество зыркнул на меня так, что я сразу умолкла. В конце концов, так он демонстрирует свое отношение не только мне, но и окружающим. Показывая место всяким Куасталленышам и прочим желающим, что тут им ловить нечего.
Я на это надеялась.
Лишь выйдя из последней лавки, я поняла как сильно устала.
Солнце ушло за дома и еще освещало небо, но уже лениво. Я с трудом доковыляла до кареты и рухнула на сидение, скидывая туфли и вытягивая ноги. Эль подхватил их, уложил себе на колени и стал массировать пальцы. Мне оставалось только постанывать от удовольствия.
- Может, вы хоть до дворца дотерпите! – внезапно взвился Лео, до этого спокойно глядевший в окно.
- Извини, - я выдернула стопы из рук короля и водворила их в будто усохшие туфли.
- Как тебе результаты? – невозмутимо поинтересовался король у приятеля.
- Впечатляет, - признал маг. – Я думаю…
Пока он рассказывал, как именно планирует организовать обучение, я, разомлевшая от массажа короля, придремала. Но стоило карете остановиться у парадного крыльца, и сон как ветром сдуло. Во-первых, меня ждал ужин. А во-вторых, танцы.
Реальность №2. Вечер десятый. Головокружительный
Целых пять минут я провалялась на кровати прямо в колоколе кринолина.
Но посягнула только Микела, заахав, заохав, разрываясь между «пожалеть» и «честно позавидовать дорогим цацкам». Она с осторожностью разоблачила меня. Честно, не знаю, когда я испытала большее удовольствие: утром с Его Величеством или сейчас, когда камеристка сняла с меня корсет. Элю я, конечно, не буду говорить о своих сомнениях. Но себе-то признаться можно.
Потом служанка сделала бодрящий массажик.
