Люби меня по-французски

Они поженились, но это не сработало, и я металась между ними, пока не окончила старшую школу. Теперь мой отец женат на другой женщине, тоже юристе, и у них три маленькие дочки, а мама замужем за кардиохирургом. Они живут в Чикаго, и это хорошее место для нее.

— Почему?

— Потому что это за триста миль от меня.

Он улыбнулся.

— Вы не ладите?

— Что-то типа того. Но знаешь что? — я полностью опустошила свой бокал. — Давай не будем говорить о ней. Она заставляет меня нервничать, а я чувствую себя изумительно хорошо прямо сейчас.

Он вылил остатки из бутылки в наши бокалы.

— Хорошее вино заставляет чувствовать себя так.

— Это не только вино.

Дерьмо, неужели я сказала это вслух?

Лукас замер на мгновение, его глаза впились в мои; бутылка вина зависла над столом. Наконец, он поставил ее.

— О?

Мое лицо загорелось, но я не отвела взгляд.

— Да, Лукас, это лучший день, который у меня был за долгое время. Честно сказать, я забыла, что такое чувствовать себя таким образом.

— Каким, таким образом?

Я расправила плечи."

"— Счастливой. Беззаботной. Просто... взволнованной насчет того, что может случиться дальше, хотя я понятия не имею, что это будет.

— В жизни или в Париже?

Я улыбнулась.

— И там, и там.

Искорки победы затанцевали в его глазах.

— Так ты остаешься.

— Я остаюсь. Но! — я подняла вверх один палец. — Я хочу провести остаток дня с тобой, как с туристическим гидом.

— Я весь твой.

Весь мой?

Я посмотрела, как он поднес бокал к губам и отпил, и я представила, как вино скользит в его рот, между зубами, по языку. Это изображение было таким эротичным, что от нахлынувшего возбуждения я даже сжала свои бедра вместе.

Ого, притормози.

Подняв свой бокал, я смотрела в окно и потягивала вино, вспоминая последний раз, когда я была действительно возбуждена, даже без прикосновений. Я возбуждалась, думая о том, как хорошо Такер выглядит, но я довольно быстро поняла, что он не совсем такой сексуальный мачо, каким делала его репутация. Мое шестое чувство говорило мне, что у него было много партнерш на одну ночь, которые не возвращались, и это полностью подходило ему. Это означало, что он никогда не узнавал ни одну девушку в сексуальном плане, чтобы изучить, чего она хотела, в чем нуждалась, что ей нравилось.

Со мной он этого тоже не делал.

Нахмурившись, я наблюдала за парой, которая целовались на тротуаре снаружи. Я пыталась — я правда пыталась — быть той женщиной, которую мужчина желает в постели. Я довольно ясно давала понять, что была готова поэкспериментировать — не только готова, но и заинтересована — и я предлагала себя разными способами, но он не был заинтересован в изменении его привычных действий. Потому что это его очень даже удовлетворяло.

Что за мудак? Почему я вообще думала, что он был достаточно хорош?

— Эй, ты. Не хмурься.