5
0
“Няня” снова всплёскивает руками — но сдаётся. Через минуту у меня в руках оказывается небольшое зеркальце в серебристой оправе. Как и всё вокруг, старомодное.
Технический прогресс в этом месте — точнее, его отсутствие, — начинает беспокоить!
Но больше я сейчас боюсь другого.
Сглатываю. Собираюсь с силами. Ладно, правда, не может же быть всё так плохо. Заглядываю в зеркало…
— Твою же мать!
Всё моё лицо… Ладно, начну с хорошего: даже в таком состоянии я могу сказать, что лицо похоже на моё. Кажется. Глаза серые и светлые. Губы мои.
Волосы — почему-то совершенно белые.
Пугает, что всё моё лицо равномерно покрыто отвратительными, шершавыми пятнами такого же белёсого оттенка, что и волосы. Они везде! Просто везде! На скулах. На щеках! А вокруг некоторых — воспалённая кожа.
Я выдыхаю и резко откладываю зеркало.
— Госпожа Ива. Я понимаю, что вы многое пережили, я очень вам сочувствую, но вынуждена сказать, что не могу позволить, чтобы вы так ругались! Будь вы здоровы, я бы назначила вам два часа в закрытой комнате.
Я вспоминаю про женщину. Возвращаю ей взгляд, смотрю на неё по-новому."
"Она вообще… кто? Моя няня и помощница же, да? Не тюремщица?
— Я теперь всегда так буду выглядеть? — спрашиваю хрипло.
— Ох, ну что вы! Всё образуется, леди, постепенно. Вас вылечат. Главное, что вы пришли в себя — я так переживала!
Кажется, она вновь решает стать доброй. А я решаю прилечь и больше не делать резких движений.
В следующие полчаса я пытаюсь поговорить с ней и осторожно понять, куда я всё-таки попала.
Говорить и правда приходится осторожно. Ссылаться на “кашу в голове” по чуть-чуть.
Я выясняю, что место, где мы находимся — это какая-то местная академия. Нет, не так. Академия магии! Что именно называют магией в этом мире, я пока не знаю — но у меня от одних перспектив мурашки бегут по коже.
Если честно, это скорее страх, чем предвкушение.
Когда Агата уходит, на меня и вовсе накатывает какое-то отчаяние.
Это что же получается? Всё взаправду? Моя жизнь закончилась вот так внезапно и нелепо — под колёсами автомобиля?
И не будет больше универа и друзей.
Не будет Таньки. Не будет первой нормальной работы и кофе! Не будет будущего у меня — светлого, красивого, о котором я всю жизнь мечтала и которое казалось таким достижимым…
Ком подступает к горлу, и я сворачиваюсь на кровати, прижимаю к груди подушку и утыкаюсь в неё лицом.
Но позитивные мысли не идут. И от обилия информации, тревог и общей слабости я проваливась в недолгий сон.
