5
0
А он подходит, засовывает руки в карманы.
— Ты как?
Вежливый какой, ты погляди.
— Да ничего. Привыкаю.
— К чему?
Хочется сказать “к чешуе и перспективам”, но я лишь пожимаю плечами:
— К тому, что мне понадобится больше одного урока.
Оррей слабо фыркает:
— Рада небось, что твой до-сих-пор-официальный жених о тебе позаботился. Ну и странные у вас отношения, конечно.
Странные? По-моему, проще некуда: мы хотим друг от друга избавиться, но пока не можем!
И всё же, меня сейчас больше интересует брюнет.
— А ты? — изгибаю бровь. — Тоже пришёл потому что забеспокоился, да? Чувствуешь вину оттого, что оказался не таким шикарным учителем, как хвалился?
Надеюсь, подначка не слишком его раздраконит.
— Я думал, ты попроще, знаешь. А ты острячка. Мне не нравятся острячки, Лерр, ни капли.
Лицо его при этом говорит скорее об обратном.
— Правда?
— Ещё мне не нравятся выскочки, которые вытягивают счастливый билет и решают, что теперь им всё дозволено, — продолжает он уверенно. — В общем, от тебя одни проблемы.
Счастливый билет?
— И ты отпросился с занятий, чтобы сообщить мне это.
Парень закатывает глаза, садится на ректорский стул и вальяжно растекается по нему. Потом дарит мне новый пронизывающий взгляд.
— Ну ладно. Давай к делу. Я понял, что предложу тебе. Ты же не хочешь меня в женихи, ты влюблена по уши в своего лорда Зариана. Хочешь завоевать его сердце, и для этого делаешь все эти глупости. А я вздрагиваю при мысли о тебе как о невесте. Но давай сделаем вид, что мы поладили.
— Поладили? — изгибаю бровь.
— Ага. Ненавязчиво. В академии ничего и не поймут, но пусть мой отец и твой жених решат, что ты мне приглянулась.
Я пытаюсь прикинуть.
“Очень много даст”, - это у него в отца-дельца умение торговаться? Но вообще, предложение ошеломляющее! От ректора я бы, конечно, бежала! Но есть другие ценные вещи.
Во-первых, будь брюнет хоть кем угодно, мне нужен союзник. Во-вторых, он не “кто угодно”, он красавчик-мажор, как мы выяснили! “Полажу” с ним — глядишь, другие студенты перестанут меня задирать.
— Хм. А что ты с этого получишь?
— Я уже сказал: отец отстанет от меня. Может, даже подольше, чем на пару месяцев.
— И всё?
Мне кажется, дело в чём-то другом. Этот интерес в его глазах сегодня! Что ему на самом деле нужно?
Парень как-то странно сужает глаза.
— Ладно, ты и сама понимаешь.
Блин! Да почему нельзя просто выдать мне информацию, почему нельзя сжалиться над бедной девчонкой в чужом теле?!
— Просто скажи это прямо, — нахожусь я.
