Лисий план

Это Вадим Сергеев, глава службы безопасности, – добавил он, кивнув на сурового блондина.

– Малкольм Торн, Альфа Царства Зверей Северной Америки, – представился дядя Саймона, крепко пожимая его руку. – Это Изабель Торн, премьер-министр Царства Птиц. Где Саймон?

Мужчина нахмурился.

– Боюсь, я не знаю, о ком речь, – сказал он. – Скажите, это правда? Вы видели Шарлотту?

Малкольм с мамой Саймона переглянулись, и она кивнула.

– Два дня назад к нам пришла девочка, назвавшаяся Шарлоттой Рот, – сказала она. – Это она?

Она протянула Ромулу фотографию, и он долго рассматривал её.

В глазах его встали слёзы.

– Да, – тихо ответил он. – Она моя дочь. Месяц назад она сбежала из дома, и я думал… мы все думали…

– Не знаю, как она попала в Нью-Йорк, но она была в полном порядке, – сказала мама Саймона. – Но после её визита Нолана, моего сына, похитили, и мы подозреваем, что она что-то об этом знала. Ещё мы считаем, что они со вторым моим сыном, Саймоном, прилетели сюда, в Аништадт. Мы думали, они у вас.

– Увы, нет. – Ромул скользнул пальцами по фотографии Шарлотты и откашлялся. – Пройдёмте. Чувствую, нам есть что обсудить.

Пожалуйста, расскажите мне всё, что знаете, а я обязательно помогу вам с поиском сыновей.

Дождавшись, пока мама с дядей проследуют за Ромулом и Вадимом в Цитадель и дверь за ними закроется, Саймон расправил крылья и взлетел. Он не знал, почему Шарлотта сбежала из дома и почему решила жить на заброшенной фабрике. Но пришла пора услышать от неё правду – от начала и до конца, а не те крохи, которыми она обходилась.

А если она откажется говорить – значит, их договору конец.

14. Из первых уст

– Ты мне врала.

Саймон приземлился у потрескивающего костра Ковчега, едва не опалив себе перья.

Шарлотта, скрестив ноги, сидела на покрывале с чаем в руках рядом с дремлющим По, и Саймон обернулся человеком, дрожа от ярости.

– Я не врала, – осторожно сказала она, когда он навис над ней. – Я…

– Мама с дядей поехали в Цитадель, – бесцеремонно перебил он. – Они до сих пор там. Разговаривают с Ромулом Дюбуа.

Шарлотта посерела и замолчала. Только спустя какое-то время произнесла:

– Сядь. Ты пугаешь Таню.

Он оглянулся на девочку, которая сидела напротив и со страхом наблюдала за ним, стискивая свою балерину.

Вспомнив про её дядю, Саймон разжал кулаки и присел на самодельную лавку.

– Значит, он твой отец? – произнёс он, стараясь сгладить резкость тона.

Шарлотта мрачно кивнула.

– Мне дали фамилию матери. Отец боялся, что, если люди узнают про нашу связь с европейскими Хранителями, с нами что-нибудь случится. Я тебе не врала, – добавила она. – Просто решила, что это к делу не относится. Эмилию похитили не из-за него, а я в Цитадели больше не живу.

Саймон нахмурился сильнее. Всё наконец-то вставало на свои места.