2
0
— Тогда вы готовы сдать небольшое помещение ТОО…. скажем… «Геопром»? — назвал я первое слово, что пришло в голову. — Тогда мы будем держать руку на пульсе и вовремя вмешаемся.
— Но почему «Геопром»? — растерялся тот.
— А чтобы никто не догадался, — ответил я. — Шутка. И вот еще что. Вопрос с корпусами непраздный. Его придется решать. Большие люди захотят получать свою долю за защиту, и поверьте, они ее получат. С тех людей, или с других. Им все равно.
— Я все понял, Сергей, — понурился светоч отечественной науки. — Давайте я выйду из больницы, и мы все решим.
— Вот и славно, — похлопал я его по плечу и позвал Штыря. — Тогда вот этот милый парень останется с вами. Его зовут Пахом. Завтра его сменят.
— Лена, ты подожди меня внизу, — мягко сказал я, повернувшись к девушке, которая перестала плакать. В ее огромных глазах появилась робкая надежда. — Я спущусь через десять минут.
— Слушай, Серый, — уважительно сказал Штырь, провожая тугую Ленкину задницу, обтянутую белым халатом, пристальным взглядом. — Я сначала напрягся немного. Подумал, что ты нас из-за телки на чужие пики толкаешь. А тут вон какие дела заворачиваются! Это не наша возня мышиная. Своя недвига! Мы ведь сами ее и сдадим коммерсам. Это же такие деньжищи!..
— За них еще повоевать придется, — опустил я его на землю, оглядывая парней. — У нас очень мало времени. Несколько недель, не больше. Нужны люди и стволы. Но если мы заберем этот НИИ под себя, то выйдем сразу в первую лигу, минуя вторую и третью. Теперь самое главное. Если кто-то попробует наехать, делаешь морду кирпичом, даешь от ворот поворот и звонишь мне. Стрельбы тут не будет. Не те люди, побоятся. Сявки наглые, судя по всему. Убивать они его не хотели, так, попугали и перестарались малость.
— Нормально тогда ты на терпилу жуть погнал, — хохотнул Вовка. — Вот он загрузился. И даже я поверил!
— Ты Штыря завтра меняешь, — перебил его я. — Переночевать есть где?
— К тетке заеду, — кивнул Вовка. — Полчаса на метро. Завтра утром как штык. Или как Штырь. Гы-гы.
— Расходимся! — скомандовал я. — Вечером звонок в девять ноль-нуль. Без опозданий.
— Есть, босс! — совершенно серьезно сказал Штырь.
Пахом пошел в палату, Вовка — на метро, а я спустился в приемное, где Ленка, которая уже сняла халатик, стояла у двери в пальто и прижимала к груди сумочку. В ее глазах чувство вины смешалось с испугом и смятением. Она явно не понимала, как будут строиться наши отношения дальше. Да я и сам не понимал пока, если честно.
— Я так благодарна тебе. Если хочешь…
— Не хочу, — резко ответил я. — Мне твоя благодарность не нужна, Лен. Ты же не шлюха, чтобы платить телом.
