Случайный шаг

Все норовят по-своему изладить, да еще и хозяина виноватым выставить, – шипел он, брызгая слюной и мечась по комнате.

Тихий стук в дверь заставил недоросля замолчать и схватиться за рукоять кинжала. С подозрением поглядев на дверь, он замер, насторожившись, словно зверь. Стук повторился, и княжич, напрягшись, громко произнес:

– Войди, кто там!

В приоткрывшуюся дверь проскользнула тощая фигура в черной рясе и у самого порога, глубоко поклонившись, еле слышно произнесла:

– Ты в ярости, светлейший. Чем может тебе служить недостойный чернец?

– Мой сотник отказался исполнять мой приказ. Повинен смерти, – гордо подбоченившись, с пафосом ответил княжич.

– Прости недостойного, светлейший, но пока рано от него избавляться, – разогнувшись, проникновенно ответил монах. – Сотня подчинена ему, и тому имеется прямой приказ твоего великого отца. Дождись, когда мы окажемся в княжестве, а там… на все воля божья.

– Пусть так, – нехотя согласился княжич. – Но есть еще и черкас, что вчера побил моих холопов и посмел поднять руку на меня.

– Ты желаешь его смерти? – прямо осведомился монах.

– Я желаю, чтобы он оказался в нашем стане, чтобы учинить над ним свой суд.

– Прости, светлейший, но сие не разумно, – чуть подумав, ответил монах. – Прими добрый совет. Обойдись просто его смертью. А уж какой она станет, все в руце божьей.

– И когда мы увидим волю его? – мрачно уточнил княжич.

– Думаю, все случится прежде, чем твоя сотня покинет эти гиблые места.

– Гиблые? – удивился отрок.

– Жители земель этих идолам кланяются, не желая спасать души свои от геенны огненной. А значит, несут они в себе свою погибель, и оттого места эти гиблыми станут. Для них… – пространно пояснил монах.

– Для их погибели большое войско потребно. Сотней тут не управишься. К тому же сотник не желает с местными воевать, – напомнил княжич.

– Нам нет нужды в стальном оружии, – едва заметно усмехнулся монах. – Для исполнения воли божьей и другое оружие найдется. Какие у сотника планы?

– Зачем тебе? – насторожился княжич.

– Чтобы исполнять волю божью, недостойный чернец обязан учитывать и людские деяния, – снова подпустил туману монах. – Так что он задумал? Когда собирается на степняков выступать?

– Через день. Решил холопам роздых после перехода дать. А еще желает с черкасами местными уговориться, чтобы те на выручку пришли, ежели татар шибко много окажется.

– Твой сотник не глуп, – подумав, кивнул монах. – Чтобы избавиться от извечного врага, иной раз можно и неприятного союзника потерпеть. Но боюсь, у него ничего не получится.

– Знаю, – скривился княжич, невольно касаясь снова занывшей челюсти. – И в том этот пес смеет меня винить.

– Пусть думает, как сам знает, – отмахнулся монах. – Ты поступил верно.