Случайный шаг

Обычно это был казачий походный кулеш. Каша, сдобренная изрядным количеством сала и копченого мяса. И сытно, и полезно. Да и погода теплом не баловала, так что горячая пища была просто необходима. А самая большая проблема состояла в том, что первые двое суток девушка вообще едва держалась в седле. Казак, не мудрствуя лукаво, пробравшись в лагерь после снятия часовых, просто приложил ее кулаком по голове, чтобы спросонок шума не подняла. Так что теперь девчонка мучилась головной болью.

Искомую полусотню они нашли на третьи сутки после схватки, столкнувшись с ней нос к носу. Кавалькада объезжала очередной холм, когда им навстречу по тракту выкатились крепкие вооруженные мужики в кольчугах и с круглыми щитами. Первым движением Беломира было схватиться за оружие. Он даже успел вскинуть свой арбалет, но ехавший рядом Серко только негромко рыкнул:

– Уймись. То за девкой.

– Управились, выходит, – обрадованно усмехнулся выехавший вперед не молодой, но крепкий, подтянутый мужчина. – Ты тут по здорову ли, Веселинка? – чуть склонившись с седла, спросил он у девушки.

– Слава богу, дядька Ермил, – отозвалась спасенная, чуть улыбнувшись.

– От и ладно, – закивал мужчина. – Вот, Гриша, изволь. Как обещано, – сменил он тему, вытягивая из переметной сумы увесистый кожаный мешок. – Как уговаривались. Боярин слово свое держит.

– Так и я не пустобрех, – фыркнул казак, забирая мешок. – Все, Ермил. Мы свое дело сделали. Веселина твоя свободна и тебе отдана."

"– То так, – коротко кивнул мужчина. – А что с людоловами теми?

– А нет их боле, – отмахнулся Серко. – А боярину своему передай, что не просто так они ее схватили. Нанял их кто-то, кому шибко потребно было его от дел отодвинуть. Но то уж ваши дела.

– С чего так решил? – вскинулся Ермил.

– Они и туда, и обратно мимо десятка весей и хуторов прошли, а ловить стали только ее. И заметь, даже девок, что в услужении с ней были, брать не стали. Вот и думай, с чего такая честь, – зло усмехнулся Григорий.

– Твоя правда, – помолчав, мрачно кивнул Ермил. – Добре. Услыхал я тебя. Все, как есть, обскажу. Вы куда теперь?

– Обратно. В ваших уделах нам делать нечего, – отмахнулся казак, презрительно скривившись.

– Не уймешься никак, Гриша, – укоризненно качнул Ермил головой. – Все за старое держишься. А оно ушло уж давно.

– Ну, это еще как сказать, – зло усмехнулся Серко. – Ну да это пустой спор. Ты свое думаешь, я свое. Бывай здоров, Ермил, – закруглил казак беседу. – Поехали, Беломир. Мы свое дело сделали, – скомандовал он, разворачивая коня.

– Может, вернешься, Гриша? Боярин простить обещал, – вслед ему добавил Ермил.

– Себя пусть прощает. А мне его прощение и даром не надобно, – презрительно усмехнулся казак, переводя коня на рысь.