3
0Я ей мешала, запрещала наливаться водкой, уговаривала лечиться у нарколога… И в один день она меня задумала убить, толкнула под автобус, но Господь спас! Как я могла вернуться домой? После операции была слаба, некоторое время передвигалась на костылях, а дочь физически здоровый человек, придушит мать подушкой – и мне каюк.
– И где вы прятались?
Анна растянула в улыбке губы.
– Я тоже не дура! Марина-то один раз в больницу заявилась, на удивление трезвая. Давай хвостом мести: «Мамочка, что же ты так неосторожно», целоваться полезла, проверяла, как у меня с головой! А я глазами захлопала, забормотала:
– Простите, милая, вы кто? Не припоминаю! Наверное, вы перепутали, у меня сын! Дочерей бог не дал!
– Значит, вы симулировали амнезию, – подытожила я.
– Пришлось, – кивнула Анна.
– Вот как алкоголичка получила возможность провернуть аферу с пенсией! – воскликнула я. – Паспорт-то остался дома, ваше имя с фамилией назвала врачам «Скорой» соседка Раиса, и ясно теперь, отчего Марина пребывает в уверенности, что мать не вернется. Документов нет, у старухи амнезия, ее отправят в муниципальный дом престарелых.
– Ни о чем она не думала, – вмешалась Анна, – просто хотела денег зацапать и радовалась, что я пропала.
– Открытку Раисе о жизни в санатории вы отправили?
– Да, – кивнула Королькова.
– Зачем?
– Не хотела, чтобы она начала меня искать, полагала, что Рая увидит письмо и успокоится.
– Но вы совершили ошибку! Если написали весточку, значит, не больны амнезией! Помните о Раисе!
– Возможно, ты права, – равнодушно сказала Аня, – но этого никто не заметил.
– Люди в штатском, которые много лет назад приезжали в Дураково-Бабкино и по воспоминаниям соседки Стефановых, бабы Веры, перерыли весь их участок, были сотрудниками КГБ. Они искали какие-то материалы по делу Юрия или оружие, – протянула я.
Анна пожала плечами.
– Очевидно. Стандартная процедура после ареста – обыск в доме и на даче. Но я об этом ничего не знаю!
– Леня умер в припадке эпилепсии, Андрей Григорьевич скончался от инфаркта, когда узнал о том, что натворил Юрий, Глеб спился.
Анна отрезала.
– Нет!
– Но вы помогаете Алевтине Глебовне! Представились медсестре ее дочерью, тратите на безумную старуху немалые деньги!
Королькова опустила уголки губ.
– Это не имеет отношения к теме нашей беседы. Ты хотела отыскать свою мать, Анну Королькову. Я уважаю твое желание и пошла на определенный риск, чтобы сказать: ты дочь Светланы Барабас и Юрия, старшего сына Афанасии, отданного ею на воспитание в семью Стефановых. Все. Конец.
