Кто в чемодане живет?

До сих пор я наивно полагал, что девочки, даже войдя в суровый подростковый возраст и начиная конфликтовать с окружающим миром, любят изображения умильных котят, единорогов, принцесс… И в скоросшивателях на самом деле были черно-белые, сделанные тушью композиции с упомянутыми мною персонажами. Но кошек расчленили на части, у милых сказочных животных художница отсекла конечности, головы, а тела девушек с коронами на головах разметало в разные стороны взрывами. Бомбы живописица изобразила с особым тщанием. Найди я подобное «творчество» у своего отпрыска, в тот же день потащил бы его к психиатру.

Хотя социопатия не лечится. Впрочем, мне не стоит ставить Нине заочный диагноз, я не дипломированный врач, прав на наклеивание ярлыков не имею. Но почему Галина Михайловна не забеспокоилась, рассматривая рисунки внучки? Пожилая дама не хотела кое-что рассказать частному детективу? Она не видела «творчества» девочки?

Я еще раз окинул взором комнату. Те, кто лечился в психиатрических клиниках, приучены поддерживать идеальный порядок во всем и обходиться минимумом вещей. И если учесть отвратительные рисунки… Я начал укладывать листы в папку, уронил один, он упал на пол оборотной стороной вверх, там была надпись.

«Стенотношение». Это слово было написано от руки, и я его не понял. «Стенотношение». Возможно, это сленг подростков, в котором я не мастак. Я начал изучать другие работы, но более никаких надписей не увидел.

– Что-то вас заинтересовало? – спросила Галина Михайловна, входя в детскую.

Я заставил себя улыбнуться.

– Думал, у Нины полно игрушек.

– Она их выбросила, – махнула рукой Галина, – чего только у девочки не было.

Игорек даже сказал: «Надо перестать покупать ей кукол, мебель и все остальное, в спальне свободного места нет».

– Она не велика, – заметил я.

– Раньше Нина занимала самую большую комнату в квартире, – вздохнула бабушка, – метров пятьдесят-шестьдесят там. А потом взбрыкнула и перебралась сюда. Здесь ранее было помещение для прислуги, которая вынуждена оставаться ночевать. Нужно Игорю в пять утра уехать? Шофер домой не отправляется, тут спать ляжет.

– Взбрыкнула? – повторил я.

– Это вам неинтересно, – попыталась увильнуть от ответа хозяйка.

Я решил выложить карты на стол.

– В морге находится тело незнакомого юноши, его обнаружили в избе, где мы предполагали найти Нину.

Галина Михайловна закрыла рот рукой.

– Ой! Кто он?

– Пока не выяснили, – повторил я.

– Если у вас есть фотография, я могу сказать, видела ли когда-нибудь несчастного, – предложила хозяйка.

– Снимка нет, – соврал я.

– Он точно есть, – возразила Галина, – просто вы не хотите мне его показать. Все так плохо?

Я вынул телефон.

– Боже! – выкрикнула пожилая дама.