Когда вас спросили об удостоверении, вы соврали, что у вас украли сумку с документами. Но теперь понятно, что вы приезжали в деревню! Да?
Лариса кивнула.
– Я вошла в избу, крикнула: «Эй, хозяева, заблудилась я. Подскажите, где поворот на Москву. Не туда заехала». А в ответ тишина. Я удивилась, ожидала, что Галина Михайловна закричит: «Помогите». Я зажгла фонарь, поднесла к кровати, а там… Ой, не могу говорить об этом.
– Не надо, – согласился я."
"– Мирон лежит, – зашептала Бумагина, – лица нет… разбито вдребезги… По одежде я поняла, что это он. Побежала во двор, мне плохо стало.
Свою машинку я оставила в начале улицы. Подумала, так правдоподобнее выглядит, заблудилась вроде, подъехала к селу и пошла жителей искать. А сейчас хочу к автомобилю бежать, но ноги не слушаются. Кое-как за забор выползла, ноги от щиколоток до коленей словно из манной каши, на землю опустилась и вдруг… Из-за избы малолитражка выскочила. Она стояла так, что я ее не видела. За рулем Галина Михайловна сидит, на улице уже рассвело, она окна в обеих передних дверцах опустила. Меня бабка не заметила, я в траве сидела за кустом, зато мне ее шикарно видно было.
Чуть не умерла от страха, дошло до меня, что бабка Мирона убила, Нину увезла. Сзади у нее все наглухо затонировано, не понятно, кто там на сиденье сидит, но Нинка точно там должна быть, больше негде ей находиться.
Лариса разрыдалась.
– Вот и все. Я кое-как поднялась, добрела до машины, за руль плюхнулась, по шоссе порулила. Езжу я не очень бойко, права полгода назад получила, машинка у меня старая, купила подержанную, совсем недорого. Пока по дороге плюхала, поняла, что произошло. Наверное, старуха сообщение не сразу заметила.
Нинка его в десять вечера отправила, она как предполагала: Галина увидит текст, живо покатит, максимум в полночь в селе окажется. На улице темно будет. Но, похоже, бабка эсэмэску под утро увидела, часа в четыре, и полетела. А мне Нинка строго к семи прикатить велела. Вот мы чуть и не столкнулись. Как до Москвы добралась, не помню. Как сумку посеяла, понятия не имею, она у меня на плече висела, маленькая такая. Понятно, что в деревне обронила, но возвращаться туда даже под страхом смертной казни не стала бы.
Хорошо, что я машину не заперла, ключи там оставила, у меня они все на одном колечке: от дома, автомобиля. Я на квартиру, которую Мирон снимал, приехала, свои вещи живо собрала, кое-как по пакетам распихала и вот сюда в мамину нору вернулась. Вечером мне тетка позвонила и спросила:
– Лариса? Хотите с Мироном встретиться?
Во заявленьице! Я так и села.
– Где?
Она так спокойненько:
– Учитывая ваш образ жизни, то явно не в раю, а в аду местечко подготовили для Бумагиной. Стен вас там поджидает.
3
0
