Я покинула Россию. Поскольку вы всегда подчеркивали, что быть богатой стыдно, честная бедность намного почетнее нажитого обманом состояния, а все женщины, носящие бриллианты и шубы из соболя, проститутки, с которых мне нельзя брать пример, я купила вам жилье, которое полностью соответствует вашим идеалам: дешевое, в плохом районе, далеко от метро. Обставила однушку по вашему вкусу мебелью из убогого магазина. Я очень старалась вам угодить, хотела, чтобы женщина, которой я очень благодарна за то, что она заменила сироте мать, не испытывала дискомфорта. Сначала решила приобрести вам трешку на Остоженке, пригласить дизайнера по интерьеру, привезти диваны-кровати из Италии.
Подписи под письмом не было.
– И как вам сие произведение? – сердито спросила Фаина.
Я положил листок на стол.
– Написано вежливо, придраться не к чему, но остается стойкое ощущение, что вас оскорбили.
Стеклова отвернулась к стене.
– Понятия не имею. Последнее, что я об этой мазне знаю: она висела в спальне покойного в новой раме. Думайте обо мне что хотите, но я уверена: Вероника убила Егора с помощью этого полотна, оно точно было отравлено. А Вероника любовница Игоря Лапина, он небось думал: лишу жизни Виско, а когда вдова миллиарды захапает, женюсь на ней! Вместе парочка орудовала.
– Нет, – предположил я, – и тогда вы записались в друзья к его дочери Нине.
– Да! – подтвердила Фаина. – Глупая девочка. На уме, как и у Вероники: тряпки, косметика, ерунда всякая.
Я почувствовал волну злобы, которая исходила от собеседницы.
– Надеялись с помощью ребенка узнать какие-то тайны семьи? А когда стало ясно: Нина пишет лишь о всякой чепухе, решили поговорить с девочкой?
– Да! – с вызовом ответила Стеклова. – Да! И что? Лапин Егора убил. От наказания ушел. Вероника вместо тюремного срока миллиарды обрела, живет припеваючи.









