Красотка

Будь у меня не пленочное видео, а цифровые записи, я бы нащелкала побольше выразительных кадров для анализа…

Кстати, а почему мне дали записи на кассетах? Кто их передал? Прокурор? С какой стати привлекли прокуратуру? Из-за того, что иск будет строиться на статье о причинении вреда здоровью человека? Любопытно, что это за старорежимная личность?

– Дим, а кто представляет прокуратуру на процессе Сушкиной? – покричала я помощнику – смотреть самой было лень.

– Говоров! – вежливо, но громко гаркнул в ответ Дима.

– Да ладно?!

Я удивилась.

Никита Говоров – точно не махровый консерватор, он вполне современный мужчина, понимающий толк во многих радостях жизни. В борще, к примеру, он разбирается так же всеобъемлюще, как Циолковский в современной ему космонавтике! И в настоящих женщинах тоже кое-что понимает, у нас с ним даже едва не случился роман – не отвлеклись бы на борщ, так и случился бы… И с чего бы такой прогрессивный товарищ завалил меня кучей древних кассет?

Не в силах найти ответ на этот вопрос самостоятельно, я набрала знакомый номер и спросила:

– Никита, привет, есть минутка?

– Даже две, привет, Лена, – ответил Говоров несколько напряженным голосом. – На светофоре стою, тут поворот такой хлопотный, надо будет сразу, как позеленеет, рвануть, а то опять на две минуты застряну, пропуская встречных…

– Тогда слушай, я быстро, у меня всего один вопрос, – подхватила я его волну четкой конкретики. – Почему мне видеозаписи ста тысяч шоу с Сушкиной на кассетах дали? И с какого перепугу ты оказался в деле?

– Плевакин специально просил, сказал, тебе так удобнее будет. А нас привлекли в связи с особой злободневностью, учитывая шумиху в прессе, этого дела. Ты же в системе не первый год, знаешь, что, если кто-то наверху так решил, мы – люди подневольные, должны исполнять указания руководства.

Я вспомнила, что видеодвойку мне доставили именно от заботливого Анатолия Эммануиловича. Воистину, бойтесь данайцев, дары приносящих! И червячок любопытства погрузился в мою голову: кто же этот «наверху», что придает такую значимость гражданскому спору, чьей стороны придерживается и какого ожидает вердикта от меня?

– А в зал суда тоже видик с теликом потащим? У нас ведь есть комп! – напомнила я Никите.

– А для компа есть те же записи на флешке, посмотри, она там сзади скотчем приклеена! Все, Лен…

Голос в трубке пропал, сменившись ревом мотора. Похоже, Говоров рванул в свой поворот, как Шумахер.

Я долистала материалы в папке до конца и действительно нашла обещанную флешку – она была намертво прилеплена к плотной картонке обложки широкой липкой лентой, а потому не гремела, не шуршала и вообще никак не давала о себе знать.