3
0
Де Гиссар сидел на огненно-рыжем жеребце и смотрел на алеющий восток. Солнце вот-вот должно было появиться.
– Сегодня мы зальем восток кровью! – провозгласил граф и с первым лучом дал шпоры своему огненному коню. Войско, одобрительно гудя, двинулось следом за ним: горбатые преданные уйгуны, зачатые от смешанных пар – гномов, людей и орков, стремительные и бесстрашные в драке, надменные полукровки-эльфы – гельфиги с полными колчанами не знавших промаха стрел, заплутавшие на жизненном пути наемники, беглые каторжники и дезертиры.
Та часть войска, что состояла из уроженцев Синих лесов – местности, где стирались законы мира и день с ночью менялись местами, жаждала убийств, людская часть войска жаждала золота. И все находили то, чего хотели.
4
Армия разбойников двигалась на Коттон по главной дороге, называемой Морской. Она была мощена горчичным камнем, который добывали в приморских каменоломнях.
По проселкам, что разбегались от основной дороги, вперед ушли разведывательные группы из уйгунов и гельфигов. В обязанности этих летучих отрядов входило уничтожение всех, кто мог попытаться опередить де Гиссара и предупредить горожан Коттона о надвигающейся беде.
Еще до полудня войско графа окружило небольшой городок из двух сотен жителей. Уйти никому не дали, с собой взяли домашних животных, птицу, муку и другие вмещали седельные сумки, и ей необходимо было сформировать обоз."
"Бдительные уйгуны сумели перехватить нескольких беглецов, которые верхом и пешими попытались просочиться между рядами войск, однако были замечены и остались лежать в пыли.
Жечь что-либо де Гиссар запретил. Столбы черного дыма могли предупредить город Коттон об опасности.
Оставив основную часть войска двигаться с обозом, граф захватил три сотни уйгунов и гельфигов и с ними помчался вперед.
Отряд проскочил мимо еще одного городка, оставив его на разграбление основным силам армии, и понесся к сторожевой башне, которая стояла в самой высокой точке дороги, чтобы наблюдатели видели всякого, кто движется к Коттону. Для подачи сигнала тревоги они использовали бочонки с просмоленным хворостом и сухим лишайником. Эта смесь вспыхивала в мгновение ока, стоило лишь насыпать в нее тлевшие в медной лампе угольки.
Заметив всадников, сигнальщики сразу запалили бочонок. Черный дым, скручиваясь штопором, стал подниматься в небо, однако любой сигнал был уже бесполезен – у горожан не было времени послать за подкреплением.
– Убейте их! – крикнул де Гиссар, и несколько гельфигов, привстав в стременах, на скаку выпустили стрелы. Тела сигнальщиков перевалились через перила и полетели вниз, а гельфиги ухитрились всадить в них еще по нескольку стрел. Солдаты знали, что графу такие номера нравятся.
