Кровник (пенталогия)

Этакое слабое, грязное, завшивевшее, отупевшее вконец животное, которому на все плевать… Благополучное завершение плена Ваня наблюдал лишь единожды: когда отпустили солдата, сидевшего с ним в одном зиндане. Никаких церемоний не было: утром парня вытащили наверх и куда-то увели, не поймешь, то ли расстреливать, то ли работать. Потом обкурившийся шалы часовой, расчувствовавшись, сообщил, родственники выкупили, собрали-таки деньги…

В конце января базу посетил довольно одиозный парниша ичкерского происхождения, известный не только на родине, но и за ее пределами.

Звали парнишу Беслан Сатуев, как уже говорилось выше, чеченцы не страдают скромностью и считают необходимым, чтобы страна знала своих героев.

Беслан имел от роду что-то около сорока лет, хорошей статью похвастать не мог, худ был, жилист и некрасив узким ликом волосистым. Однако имел репутацию славного воина, мудрого и дерзкого стратега и большого затейника по части нетривиального расходования пленных.

Сатуев неоднократно бывал здесь и ранее, Руслан Умаев относился к гостю с каким-то мистическим обожанием, внимал с открытым ртом каждому его слову.

Еще бы, такой большой человек, славный воин, знаменитость, можно сказать. Герой национальный, плоть от крайней плоти своего разбойного племени.

В это последнее посещение сначала все шло по отработанной программе, если смотреть из зиндана, с позиции восприятия событий Ваней. Рычание трех хороших двигателей, жирный запах шашлыка, острым ножом царапающий пустые желудки пленников, оживленный разговор обитателей лагеря, за время заточения многие арестанты с грехом пополам научились понимать по-чеченски: «…Беслан Сатуев приехал… Горный сокол… Гроза федералов…» и так далее.

«Чтоб тебе в одночасье в пропасть свалиться вместе со всеми твоими распрекрасными джипами!», синхронно пожелали пленники посетителю и целиком сосредоточились на пагубном вдыхании аромата шашлыка.

Через небольшой промежуток времени, однако, в отработанном протоколе посещения случился сбой. В мирную тишину шашлычной благодати вдруг ворвался скандальный вопль какого-то дрянного мотора, явно не джипьего, — прущегося снизу из долины на перевал.

— «Таблетка», — компетентно сообщил связист Егор.

 — «УАЗ-452». Чего ей тут?

Вскоре стало ясно, чего. Подтарахтела «таблетка» к самому зиндану, заглушила двигун. А минут через пять люк в решетке зиндана отвалили и плеснули в черный зев норы ослепительным светом фонаря, дело вечерком было, как раз тьма сгустилась до антрацитовой концентрации.

Снаружи спустили лестницу и перекинулись парой фраз на чеченском. Ваня с трудом сумел уловить, что Руслан предлагает гостю выбрать любого, кто ему понравится, и невольно втянул голову в плечи.