5
0Но разве может этот вариант сравниться с тем, который предлагает Абрикосов (так Шведов назвался Балову)? Спасти сына и заодно покарать мерзких ублюдков…
Риск равновелик при любом из вариантов: Шведов доказал это, приведя в длительной беседе с Валовым массу весьма веских аргументов. Но результат совершенно разный. Месть, одно из самых сильных проявлений человечьей души. Нет ничего лучше для мусульманина, чем наступить ногой на труп поверженного врага и сказать обиженному близкому что-нибудь типа: «…Ты отомщен…» Да, пожалуй, и не только для мусульманина…
Стародубовск, седьмая! — выкрикнул динамик усталым женским голосом.
"Ваха прошел в кабину. Всего на переговорном пункте семь кабин. Из них три, «заказные», две, живая очередь по коду, одна, местный телефон, а еще одна вообще не работает. Вчера члены команды полдня провели здесь, развлекаясь фиктивными переговорами: ставили «жуков» в трубки. По окончании операции придется потратить еще столько же времени, чтобы снять радиомикрофоны, такие штуковины стоят дороговато, бросать нельзя.
Север, просочившийся вслед за объектом наблюдения на переговорник, вставил в ухо микроскопический наушник и включил размещавшийся во внутреннем кармане куртки небольшой приемник. Полковник сказал, что хлопцы по-чеченски общаться не станут, если не полные кретины. Местные контрразведчики прослушивают все телефоны, любой разговор на чеченском тут же берут на заметку. Хлопцы будут говорить по-русски, избегая конкретных названий и пользуясь понятными обоим абонентам намеками.
— Откуда, братуха? — задушевно поинтересовался очень своевременно приткнувшийся рядом здоровенный помятый омоновец, остро пахнущий свежим пивом и заросший недельной щетиной до самых глаз.
— Хабаровск, — лаконично ответил Север, остро пожелавший в этот момент, чтобы «братуха» убрался отсюда как можно дальше и быстрее, а еще лучше, тихо и безболезненно умер, — СОБР.
— Вот, бля, занесло тебя! — удивился детина, сыто отрыгнув шашлычно-луковым амбре и тут же деловито предложил:
— По сто пятьдесят?
— Это Ваха, — раздался в наушнике слабенький голос Вахи, заглушаемый шумовым фоном извне.
— Жди, через пару минут, — пообещал вполне славянский голос.
— Салам алейкум, Ваха! — расплывающимся басом прокричал далекий абонент спустя пару минут.
— Ваалейкум ассалам! — обрадовался Ваха. — Аллахвер!
«Неужели будут болтать по-чеченски? — запаниковал Север. — А полковник сказал, что…»
— Как у нас дела? — неожиданно спросил по-русски Ахмед.
— Все в порядке, — ответил Ваха. — Он готов.
— Сколько?
— Полтора.
— Ничего, пойдет.
