5
0
«Нивы», шедшие впереди, немного проехав, тоже остановились.
— Ну чего там у вас? — вылезая из головной машины, крикнул пожилой командир.
— Да вот, на Якуба икота напала, — недовольно пояснил Исрапи, также выбираясь из салона на дорогу. — Всю дорогу ржет, как конь, а потом икает, умник…
Аккуратно высунув голову в раскрытое окно, я оглядел округу. Справа по курсу виднелись дворы. Вот он, Старый Мачкой, колыбель моей тревоги. Слышался собачий лай, звуки работающих тракторов, то ли дизелей — короче, мирный летний гомон небольшого села. Меня очень скоро провезут минуя Старый Мачкой прямиком на базу отряда Ахсалтакова, которого может хватить кондрашка при встрече со старым знакомым — от радости, естественно.
Я засунул голову обратно и, наклонившись к водиле, оглядел часть территории слева от дороги.
— Что качаешься? — водитель незлобиво отвесил мне затрещину. — Сядь нормально, англичанин!
— И посмотреть нельзя! — обиделся я. — Перед смертью грех человека обижать — Аллах накажет.
— Нечего смотреть, — буркнул водила, поправляя свой роскошный чуб.
Я сел прямо и задумался. То, что я увидел слева, неожиданно повернуло течение моих мыслей в несколько иное русло. Так, так… Метрах в двустах впереди слева к шоссе, по которому мы ехали, примыкала грунтовка, уходящая прямиком на развилку у Двойного ручья. Замечательное местечко! От этой развилки по любой из четырех самостоятельных дорог можно добраться до заставы 47-го полка. Путь отсюда до развилки и от развилки до заставы займет минут двадцать — двадцать пять — дорога сухая и ровная, без особых колдобин.
«О-е!» — как говорит Тэд… Я даже вспотел от посетившей меня мысли. Разумеется, это далеко не самый лучший вариант. Более того, при ближайшем рассмотрении шансы на благоприятный исход настолько малы, что даже смешно становится. Однако, как ни прискорбно, другого варианта у меня нет. Если я не попытаюсь воспользоваться этим, рассчитывать более не на что. Сейчас вернется Якуб, сядет в машину, и мы проедем мимо этой грунтовки. И через двадцать пять минут будем на базе.
Дождавшись, когда Якуб подошел достаточно близко, я обратился к Исрапи, который начал усаживаться в салон:
— Предлагаю обмен, Исрапи! — Я сказал это очень громко, почти крикнул — водила даже вздрогнул и недовольно поморщился.
— Рот закрой, ублюдок! — Исрапи больно стукнул меня по макушке. — Сиди и не дергайся, индюк! Я тебя не слушаю.
— Чего на чего? — живо заинтересовался Якуб, слышавший мое предложение.
— Да слушай ты его! — досадливо воскликнул рыжий.
